— Дита… — мягко сказал я, — Я не ЭТО имел в виду. Нам нужно сжечь одежду.
— Я тебе не нравлюсь?!
Да как они это делают?!
За дверью в комнату зашуршало, послышалось придушенное «Пустите меня!» и в помещение влетела слегка растрепанная Аглашка.
— Что это вы тут делаете? — возопила она, обжигая злобным взглядом совсем сжавшуюся Диту.
— Ничего! — хором сказали мы с бесовкой.
— А что собирались делать?
— НИЧЕГО!
— Это правильно, — Аглашка успокоилась, — А то нечестно получится, она не в свою очередь хотела пролезть.
Уф. Вроде все в порядке…
Так. Стоп.
Какую еще очередь?!
Глава 17
Исчезновение блондинистой бесовки взбаламутило Мангазею похлеще, чем петарда в оливье — новогодний стол. Не само по себе — кто б там из горожан отслеживал, живет в Доме такая девушка, не живет — а реакция Морозовых. Которые не умели ни оставлять сор в избе, ни учиться на своих же ошибках. Стрельцы в оранжевых кафтанах прочесывали весь город, порт и окрестности так «аккуратно», что к вечеру следующего дня о пропавшей девушке не знали только лесные барсуки. И то только потому, что не водились они здесь.
Во второй половине дня, когда, видимо, морозовским уже примерно стало понятно, что произошло — вернее, где побывала блондинка-бесовка — в ход пошла тяжелая артиллерия. Вернее, полулегкая, в лице среднего сына — тяжелая, то бишь, сама боярыня, до сих пор не показывалась людям на глаза.
Морозов-средний прошелся по всем домам, где видели бесовку, и спросил каждого, что он знает о произошедшем. Тем самым, особым, боярским, способом, когда соврать в ответ на вопрос категорически невозможно.
Ну, если ты не сын боярского рода, конечно.
* * *
— В твой дом вчера приходила девушка, светлые волосы, голубые глаза?
— Приходила, — кивнул я, стараясь одновременно выглядеть достаточно убедительно-открытым и не скатываться при этом в монотонную пародию на загипнотизированного. Благо, у меня есть специалистка, которая знает, как себя ведут попавшие под боярское Повеление отвечать на вопросы.
— Что спрашивала?
Вот в этом отличие боярской менталистики от зомбирования. Зазомбированный в ответ на такой невнятный вопрос мог бы начать уточнять, кто спрашивал, у кого спрашивал, да когда спрашивал или, наоборот, удариться в словесный понос. По крайней мере — в фильмах так. Попавший под Повеление ощущал себя так, как будто ведет незначащий разговор с каким-то хорошим знакомым, и отвечал соответственно.
— Был ли я в доме бояр Морозовых.
— А ты… — глаза Морозова-среднего потемнели еще больше, как у гримма из сериала, — Был там?
— Нет, не был.