* * *
Разместить нас всех в церкви Мурин не мог. Просто потому, что церкви несколько не предназначены для ночевки людей. Нет, можно, конечно, улечься всем на пол, накрыться ризами… Но зачем, если в подземельях оборудованы специальные помещения для укрытия семьи во время всяких неприятностей? Жаль, только, что нападение восемнадцать лет назад было слишком внезапным. Укрыться успела только моя мама со мной… ну, в смысле, мама Викентия с младенцем Викентием. Из дома, оказывается, есть потайной подземный ход в церковь, только открывается он не из подвалов, а из помещения в сеновале, в которое ведет коридор из дома… Вот этим коридором мама Викентия и успела пробежать. А потом дошла до церкви, где ее встретил отец Азарий. Рванувшийся было карать и убивать… но не успевший. В итоге Ирина Осетровская прожила в подземельях под церковью несколько месяцев, пока не прибыла комиссия по расследованию, в составе которой был один молодой пскович…
Я перевернулся с боку на бок и посмотрел в потолок. Комнатки укрытия были небольшие, на двух человек максимум, но по количеству рассчитаны на проживание всего рода, поэтому мест хватило всем. Кто захотел вдвоем, как Аглашка с Дитой — те вдвоем, кто один — тот один. Вот как я. Но заснуть я не могу не из-за одиночества. Мне нужно разобраться с одной мучающей меня проблемой. Я сам не смогу, нужен опытный человек.
Нужна женщина.
— Викеша? — удивленно посмотрела на меня тетя Анфия. Она открыла дверь своей комнаты, сонная, в ночной рубашке, которая, впрочем, закрывала ее не хуже сарафана. Разве что волосы распущены, отчего тетя, кажется, смущается.
— Тетя Анфия, — я сел на ее кровать, — Я не знаю, к кому мне еще обратиться. Не к девушкам, они еще молодые, неопытные, да и вообще… А ты взрослая, ты точно сможешь…
Я запутался и замолчал. Тетя Анфия, севшая было рядом со мной на кровать, чуть отодвинулась и густо покраснела:
— Викеша… Нет, я очень рада, что ты выбрал меня… И мы с тобой, хотя и родственники, но очень дальние, так что с этой стороны препятствий вроде бы нет. Но не будет ли это неправильным по отношению к девушкам?
Я задумался. Что-то я не понимаю…
— Что именно?
— Ну… то, что я стану твоей первой женщиной.
Глава 39
Что? Нет!!!
— Нет!!! — вскрикнул я и даже чуточку отпрыгнул от тети.
— Нет? — искренне удивилась она.
— Нет, в смысле — да, что нет! У меня уже были девушки. Две!
— Во Пскове? — заинтересовалась тетя.
— Да… там.
Тетя задумчиво посмотрела на меня, но, к счастью, других подробностей выяснять не стала. Уф.
— Тогда с чем я тебе должна помочь?