Показавшийся поначалу каким-то глупым и женским шлепок ладонью, практически — пощечина, на самом деле оказался серьезным и весомым. Не в плане силы удара — тут Настя рекордов не показала, да и не пыталась — а в том плане что моя ведьмочка успела смешать травы и порошки из СВОЕГО арсенала в какую-то мазь, каковую и влепила прямо в ангельски-белое лицо Бесовки.
Та зашипела, пытаясь стряхнуть черный отпечаток ладони со своей гладкой кожи, но ничего не получалось, краска как будто впиталась в лицо, вроде бы дискомфорта и не причиняя, но явственно мешая…
Да она же лишилась Слов!
Ай да Настя, ай да… хорошая девочка! Сейчас мы ее…
Эть!
Да сколько можно-то!
Как оказалось — нечеловеческая сила Бесовки никуда не делась и та снова отбросила меня, как мешок с… мусором, стоило мне попытаться снова ее заломать. Явно разозлившаяся Бесовка прыгнула к Насте, та чуть отшатнулась — и проклятая тварь рванулась к двери!
Ну, правильно, как в том фильме «Мужики, мы с вами драть не будем, мы полицию вызвали». Это нас ее нужно непременно убить или же как-то нейтрализовать, чтобы выиграть эту схватку. Бесовке достаточно же просто поднять тревогу. Вот она, когда поняла, что быстро с нами справиться не получается — двинула за подмогой.
Двинула — и кубарем покатилась по полу. Настя, только сделавшая вид, что испугалась, бросилась ей под ноги и теперь цеплялась, не давая встать и уйти.
Кстати, кубарь — это такая местная игрушка, типа волчка. Только крутить его нужно не рукой, а специальным кнутиком. Местные дети так частенько играются, а вот у меня ни разу не получалось…
С этой неизвестно откуда забредшей в голову мыслью, я прыгнул на Бесовку сверху, сбил с ног, и начала выкручивать руки. Она билась подо мной, вырывалась, мне никак не удавалось ни заломать ей руки, чтобы связать, ни хоть как-то остановить — рыча, Бесовка упорно ползла к дверям, вместе со мной.
— Выпустите меня! — хрипел старик Тувалкаин из-за решетки, — Меня выпустите!
Да как, как мы тебя выпус…
— Настя! Разрыв-трава! Старик!
Ведьмочка, ничего не говоря, прыгнула к решетке, возле которой золотилась, среди прочих рассыпавшихся вещей, соломинка разрыв-травы. Подхватила, одним движением впечатала в замок…
Ба-бах!
Как будто гранату взорвали: в ушах зазвенело, осколки замка разлетелись в стороны, рикошетя о стены. Тувалкаин рванулся в раскрывшуюся дверь, я успел было подумать, что его сейчас остановят цепи…
Звякнуло — и цепи лопнули у самой стены, освобождая старого мастера. То ли от старости перержавели, то ли Тувалкаин нашел способ их тихонечко подпиливать.