Мы завернули за угол. Короткий отрезок коридора, в конце — запертая дверь, слева — две двери, тоже, естественно, запертые. Я приложил руку к стене справа, постучал палочкой…
— Что здесь?
— Стена.
— Что за ней?
— Ничего. Это внешняя стена.
Ладно. Идем дальше.
Знали бы вы, чего мне стоило удержаться, не вздрогнуть, никак не отреагировать, спокойно продолжить «обследование».
Обследование, которое уже закончено.
Стоило мне дотронуться до отрезка стены, внешне ничем не примечательного, но, стоит заметить, незаметного из-за поворота, как стена вспыхнула. Видели когда-нибудь светящиеся в темноте игрушки? Не те, что с батарейками и лампочками, конечно, те, что сами светятся. Люминофоры… или люминофоры — это водоросли такие? Не суть, которые светят таким тусклым зеленым светом. Здесь, на Руси, такой свет называют «гнилушечьим», но я никогда не видел светящихся гнилушек, а игрушки видел.
Вот такой вот свет нарисовал на стене узор. Узор, видимый только мне. Если тайные ходы в секретные подземелья боярского рода будут видны всем, кому попало — то это не тайный ход, а фигня какая-то. Ничего особо интересного в этом узоре не было — два концентрических круга, типа кольцо, по ободу кольца — какие-то неизвестные мне знаки, а сверху, внутри этого кольца, почти касаясь обода изнутри — еще одна окружность, а в ней — силуэт пятерни.
Если ЭТО — не проход в тайное подземелье Осетровских, то я уже не знаю…
Теперь нужно закончить «обследование», уйти в выделенную мне комнатку «отдохнуть перед завтрашним обследованием», а вот ночью…
До моего Источника осталось буквально несколько часов.
* * *
Видел я как-то в интернете картинку: котик грустно смотрит на цветочный горшок, вся земля в котором утыкана острыми зубочистками и печально думает: «А ты, Наташа, как я вижу, подлый человек…». Не дает Наташа бедному котику разрыть земельку. Вот и я сейчас, сижу в своей комнате и чувствую себя этим котиком. «А ты, Марфа Васильевна, подлый человек…». Нет, комнатка-то вполне приличная — кровать, мягкий матрас, одеяло, тугая подушка, стол для моих инструментов, дверь…
И на эту самую дверь наложены Слова, которые не дают ее открыть. Вернее — дают, но сразу предупреждают об этом открытии всех, кого нужно боярыне и кого не нужно мне.
С другой стороны — мне в дверь выходить и не нужно вовсе. Мы ее даже открывать не станем. Более того — мы к ней еще и сундук придвинем. Если я не пройду через эту дверь — то никто не пройдет через нее!
Мне нужно окно.
Одно дело — брести вниз по темным коридорам Дома на два этажа вниз, ежесекундно рискую напороться на вопрос из-за угла: «А что это ты здесь делаешь?». И совсем другое — вылезти в окно, проползти вниз по стене Человеком-Пауком — у меня есть Липкое Слово — и влезть в другое окно, которое я присмотрел во время дневных блужданий. От этого второго окна — два шага до двери в подвал. А в подвале по ночам, скорее всего, никого нет. А если есть… Например, если после предыдущего наглого проникновения в подвале ввели ночные обходы… Тогда…