— Ну?
— И ничего не увидела. А вот подземелья под церковью увидела. Крипту и еще под ней помещения… я же тебе сказала об этом!
Я честно попытался вспомнить. Неа. Никаких проблеском. Убей меня Бог, если я что-то такое помню!
Бог не стал швырять в меня молнией или чем он там обычно глушит клятвопреступников. Вот! Значит, правда, не помню.
— Не помню, — покачал я головой.
— Сам не помнишь, а на меня смотришь грозными глазами.
— Так. Не уходим в сторону. Что ты там видела?
* * *
В общем, в земле под церковью Настя, кроме крипты увидела еще полости. Слишком аккуратные для каких-нибудь природных пещер. Скорее, похожие на… ну да, на подземелья. Центральный зал и от него, как лепестки у цветка, отходит несколько помещений. Очень, очень похоже на какое-то секретное хранилище рода Осетровских. Вполне логично спрятать что-то ценное в церкви — под церковью, если быть точным — церковь принадлежит тебе и твоему роду, чужие здесь не ходят, зато никто не удивится, что ты решил сходить, помолиться. Или там навестить могилы родных. Спускаешься в крипту… правда, никаких проходов из нее я не видел… Но! Я ведь стены руками не трогал! Потому что на тот момент еще не знал о такой фишке, как тайные ходы, открывающиеся только по условию, например, родной крови. Вернее, знал, в конце концов, именно так открывался тайник Заморского — не кровью, а условием — но не знал, что бывают тайные проходы, настроенные на конкретные родственные связи. Так что где-то в уголке крипты, если коснуться ладонью, может вспыхнуть такая же призрачно-радиоактивная зелень, как в подвалах Дома…
Правда, есть две смутные вещи:
— если это такой замечательный тайник, почему Источник не спрятать именно в нем?
— и кто сказал, что подземелья под церковью и подземелья под Домом как-то связаны?
Кто сказал, кто сказал… Настя, конечно. Она не была уверена, потому что в тот раз присматривалась невнимательно — ее больше интересовало, есть ли поблизости Источник — но, как ей сейчас сдается, из одного подземного помещения отходил небольшой ход куда-то в сторону от церкви.
Не представляю, сколько нужно потратить сил, чтобы выкопать подземный ход почти километровой длины, но, с другой стороны — куда Осетровским было торопиться? Они-то считали, что обосновались здесь прочно и надолго, могли копать его хоть год, хоть два. Да хоть три с половиной! Хотелось бы только надеяться, что где-нибудь под досками пола этого гипотетического хода не лежат косточки тех, кто его копал… Нет, это, конечно, надежно сохранит тайну — мертвые неболтливы — и вообще, в духе нынешнего столетия, но как-то не хотелось бы, чтобы мои предки были настолько… прагматичными.