Вивьен кивнула.

— Материалы?

— Уже на столе. Октав подготовил финансовую часть, я распечатала краткую карту по каждому участнику.

— Хорошо.

Селин задержалась.

— Вы хотите пять минут тишины перед встречей?

Вивьен посмотрела на неё. Раньше Селин не предложила бы такого.

— Хочу.

Октав у двери остановился.

— Всё в порядке?

— Октав.

— Через двадцать минут мне сидеть рядом с тобой перед шестью инвесторами. Это деловой вопрос.

— Тогда деловой ответ: всё в порядке.

— У тебя лицо человека, который спал три часа и хочет убить мебель.

— Я спала достаточно.

— Значит, мебель в опасности просто так.

Вивьен почти улыбнулась.

— Пять минут, Октав.

— Принято.

Он вышел.

Вивьен подошла к окну. Здесь никто не знал про белый хвостик, мужские столы, колени у подноса и её голос, который стал ниже, когда ей приказали сказать «месье».

— Работать, — сказала она себе.

Через двадцать минут они вошли в переговорную.

Длинный стол, шесть инвесторов, папки, вода, кофе, экран с презентацией. Селин заняла место позади, Октав сел рядом. Всё было правильно. Пространство снова принадлежало Вивьен.

Пока мужчина у дальнего края стола не поднялся.

Тёмные волосы. Спокойная улыбка. Серый костюм, белая рубашка, дорогие часы. Тот самый ленивый взгляд, который в субботу скользил по её форме официантки, по короткой юбке, по белому хвостику. Та самая ладонь, которая хлопнула её по заднице после подачи вина.

Вивьен остановилась всего на долю секунды.

Октав сразу повернул голову.

— Вивьен?

Селин шагнула ближе.

— Мадам?

Перед глазами вспыхнуло: поднос, колени, его голос — «Слишком много начальницы для официантки с хвостом».

Мужчина смотрел спокойно. Никакого намёка. Никакой улыбки узнавания. Он первым протянул руку.

— Люсьен Белькур. Рад встрече, мадам Ларош.

Вивьен посмотрела на его ладонь.

Потом вложила в неё свою.

— Вивьен Ларош.

Он пожал ей руку так спокойно и делово, будто между ними действительно существовала только переговорная, инвестиционный проект и протокол знакомства.

— Вы в порядке? — тихо спросил Октав.

Вивьен села.

— Давление, наверное. Вчера съела бургер. Мой организм решил, что это покушение.

Селин моргнула.

Октав посмотрел на неё так, будто услышал признание в преступлении.

— Ты съела бургер?

— Октав, сейчас самое время обсуждать мою гастрономическую деградацию?

— Я просто пытаюсь понять масштаб кризиса.

— Масштаб — шесть инвесторов за столом. Начнём.

И она начала.

Первые минуты держались на опасном напряжении из-за Люсьена Белькура. Он сидел напротив в роли обычного инвестора: слушал Октава, делал пометки, уточнял прогноз по трафику, говорил о рисках расширения и ни одним движением не выдавал, что в субботу видел её на коленях.