У меня никогда денег с собою нет,

Зато всегда мне хочется пива!

Четверостишие вновь имело успех, а я вдруг подумал — какого черта стою здесь, время теряю? Начал было потихоньку отчаливать, как внезапно услыхал:

— Это он еще про Васю не начал рассказывать… — вполголоса сказал один слушатель другому.

Но стихотворец шепот уловил.

— Про Васю? — встрепенулся он. — Это про Василия Иосифовича? Да я ж его еще Васькой знал! Вот таким, — он показал рукой примерно на метр. — Был такой интернат «Международная солидарность»…

Над рассказчиком как будто стали посмеиваться, но я этого не слышал.

Ведь прямо надо мной вспыхнуло второе Солнце. Вспыхнуло, ослепило, залило все ярким светом.

Как же я сам не догадался⁈

Вот она, истина: если ты настойчиво что-то ищешь, то находка придет к тебе сама. Закон жизни. Я думал, искал — и вот он, ответ. Старый пьяница брякнул языком, ничуть не ведая о том, что его хмельная болтовня станет камушком, вызвавшим лавину.

Василий Сталин! Сын вождя. Фанат и меценат спорта, могущественный покровитель футбольной команды ВВС (Военно-воздушные силы), пока еще играющей во второй группе, но в 1947 году попавшей в первую (Высшую лигу). Человек влиятельный, при том азартный и наивный. Ну где же окопаться хитрому Игреку, давно уже крутящемуся в солидных эшелонах власти, если не близ такой фигуры⁈

Догадка захватила меня, но, разумеется, я не собирался предаваться восторженному полету мечты. Теперь это надо как следует обдумать, взвесить. Проанализировать, иначе говоря.

Я начал это делать, но внезапно увидел Момента.

Вот уж точно — и беда не ходит одна, и удача тоже. Не успело так подфартить с поэтом, как вот этот тип на ловца бежит.

Конечно, вновь он выглядел шикарно. Как доллар в куче центов — говоря по-американски. На сей раз он был в светлом костюме цвета «кофе с молоком», белоснежной сорочке… ну и все такое прочее. Шествовал как сказочный принц, и толпа угодливо рассеивалась перед ним.

Увидав меня, Момент очень спокойно приостановился. Нейтрально сказал:

— Здравствуйте.

Но вокруг сразу же насторожились: с кем это вдруг заговорил Гена Момент, для которого все, кто есть на пути — ничто, пыль на подметках его модных штиблет?

Я понял, что надо бы отойти.

— Добрый день. Есть разговор. Жду возле моего подъезда.

— Хорошо, — ровно откликнулся он.

Все это быстро и тихо. Никто ничего не услышал.

Через десять минут я был у подъезда. Еще через пять подошел Момент.

— Кажется, у вас дома осталась одна моя вещица? — нагловато спросил он.

— Если кажется — креститься надо, — хмуро ответил я фразой из будущего. — Вещица если и есть, пусть полежит. А теперь по делу…