Так. Надо сбить этот шутовской настрой. Вернуть гаденыша в психологическую оборону.

— Я сейчас другой сюжет распишу, — пообещал я. — Как они тебя поймали? Игрок хренов! Где ты прокололся?

— Да черт его знает, — в голосе проскользнули виноватые нотки. — Кто-то сдал, какой-то бес.

— Разумеется. Зато разговоров-то было: я, да я, да голова моя! Да ни в жизнь… Ага, как же. Щелкнули, как семечку.

— Ну, допустим, это не совсем так. Хотя в целом признаю: проглядел. Это Кашалот, конечно. Больше некому. Одна такая голова там. Машина Тьюринга! Недооценил. Да. Недооценка противника — огромный минус. И ведь знаю я это! Горел на том, случалось. Нет, опять на те же грабли…

Он еще немного побалаболил на отвлеченные темы, а я с холодной ненавистью думал о том, что из-за этого скота погибла Вера, и больше всего мне сейчас хочется выхватить «Вальтер», продырявить и заткнуть выродка. Но я этого не сделаю. Даже вида не подам. И не потому, что будет слышно. А потому что он сейчас мой главный шанс, моя надежда. И уж не знаю, смешно это или нет — но и он в данную минуту наверняка ненавидит меня не меньше. Но вида не подаст: он сумел выработать в себе умение скрывать чувства. Но и это опять же не главное. Главное — что и я для него нить, на которой держится золотой куш. Игра, где можно сыграть. Да, можно и сгореть. Но можно и сорвать такой банк, что раз в жизни. И пока он во мне заинтересован, он мой верный союзник.

Мысленно я усмехнулся этому, внешне оставшись невозмутимым.

— Ладно, — прервал я его устный трактат. — Что было, то было, а вот что будет? Нам же теперь надо на дно залечь. Есть мысли?

— Тебе-то залегать незачем. Никто не видел, можешь быть уверен. Кашалот если что организует — промахов не будет.

— Единственный промах — на тот свет отправился.

Гена хрипло рассмеялся:

— Так этого он не мог учесть! Они же рассчитывали только меня кончить. А для тебя-то я — волшебный фонарь, так? Ты не мог меня потерять.

Теперь он рассмеялся победно.

— Ну, это взаимно, — сказал я. — Ты тоже.

— Согласен.

— Ладно, давай к делу. Тот, что убежал — кто это?

— Борька-то? Это Борька Квач. Подручный Балды.

— Квач?

— Да. Погоняло такое.

— Откуда?

— Ну что ты, Владимир Палыч? У меня в жизни слишком много задач, чтобы о таком думать.

— Тоже верно. Так что он?

Момент уже успел крутануть в голове свою аналитическую машину. Выдал результат:

— Ну, тебя он вряд ли знает. И уж ментам точно не расскажет. Однако, рисковать нельзя. Он может просто тебя увидеть случайно где-то на Тишинке.

— Логично, — признал я.

— Еще бы, — в голосе Момента послышалось самодовольство. — Поэтому… Когда отправка вагона?