Конечно, успел и осмотреться. Вид нормальный. На лацкан пиджака попали пара капель крови, но впитались, и на темном фоне не заметны совершенно.

Улица Горького сияла огнями, но была пуста. Машины проносились, да. Прохожих — почти никого. Я шагал по нечетной стороне, а по противоположной брела явно подвыпившая разнополая компания — из ресторана, наверное. Из «Арагви», что ли. А так — ну почти пусто.

Я подходил к Маяковке, когда сзади резко, требовательно засигналил гудок машины. Обернулся — к бордюру притерлась трофейная «Опель-олимпия». В салоне я различил милицейские мундиры и погоны.

— Доброй ночи, гражданин! Откуда и куда?

Я сказал, что служащий ВОХР с Белорусского вокзала, отработал смену, иду домой на Рождественский бульвар.

Это никаких нареканий не вызывало, но и ничем не подтверждалось.

— Документы!

Удостоверение ВОХР произвело впечатление. Почти свой.

— А что ж ты брат, так топаешь на своих двоих через пол-Москвы?

— А на чем мне топать? Транспорт закрылся, а такси не по карману.

— Такси… Смотри, всякой шпаны пруд пруди. Так вот нарвешься на перо, не дай Бог. Ловим, ловим, да что-то не убавляется… Да сам, небось, знаешь. Ночью-то вся эта нечисть и лезет, точно как в сказках, мать его!

— Ну, я фронт прошел, буду эту шушеру бояться?

— Э-э, брат… Да ведь шушера-то эта самая хуже фрицев! Ладно, садись, подкинем. Нам примерно туда же. Садись!

«Вальтер» под пиджаком я постарался скрыть левой рукой, хотя на заднем сиденье находился один старшина, и тесниться не приходилось. Шофер — сержант, рядом с ним капитан. Парни тоже все, естественно, прошли через фронт. Повспоминали о боях-пожарищах, о друзьях-товарищах. Познакомились. Капитан вдруг сказал:

— Слушай, Володя! Извини, если не к месту, но хочу спросить. Те же в охране-то на железке, правильно я понял?

— Да.

— Ага! А среди наших… э-э, клиентов слухи поползли — мол, какой-то состав с золотом хотят отправить на Дальний Восток, что ли. Начальство — молчок, как воды в рот набрало. Толком никто ничего, а сплетни идут. Нам же барабанщики наши постукивают, ну, сам понимаешь.

— Конечно.

— А у них, чертей, дыма без огня не бывает. Где-то тлеет. А?

— Товарищ капитан, — улыбаясь, сказал я. — Я не начальник ВОХР. Знаю, что положено, и не копейкой больше. А чтобы куда-то нос совать не по чину… Ну, со службы вылетать пока неохота.

— Ладно, — засмеялся и капитан. Он, похоже, был мужик здравый, понимающий. — Служебные тайны… Ну вот почти и приехали!

«Опель» свернул с Садового кольца на Цветной бульвар, через минуту — на Рождественский. Ребята со мной тепло попрощались, я тоже — и еще через минуту был на квартире.