Все это пронеслось во мне мгновенно. Как быть⁈

Так и не успел решить. Задержанный вдруг охнул, схватился за сердце, присел. Лицо болезненно сморщилось.

— Сердце, — страдальчески пробормотал он. — Сердце прихватило! Ох…

И выиграл секунды две. Мы застыли, а он пружинно вскочил. В руке — нож.

Стремительный выпад — и удар ножом. В Федора. Ближайшую преграду.

Бедняга упал, а бандит молнией метнулся в тактическое пространство. Рывок на самом деле был молниеносный, этот гад несся с бешеной скоростью в сторону самолета.

Я метнулся за ним.

— Сергей! Первую помощь! Раненому!.. — крикнул на бегу.

В сущности, я был уверен, что этот спринтер от меня не уйдет. Но хотелось бы прихватить его без лишних дырок, а похоже, так не выйдет. Я остановился, вскинул ППШ.

Краткая очередь по ногам — и беглец полетел в траву, не добежав до самолета метров пяти. И тут же я услыхал стрельбу за спиной.

Развернулся. Увидел, что Новиков стоит с автоматом в руках и растерянным видом. Что-то там странное случилось. Но вникать некогда.

Я подбежал к упавшему:

— Ну, сердечник? Гипертоник! Вылечился?

От злости мне хотелось сильно пнуть этого скота сапогом. Так, чтобы взвыл. Но я сдержался. Однако прикладом по затылку звезданул. С расчетом, чтобы дух вышибить минут на пять.

Он безвольно ткнулся мордой в землю, я схватил его за руку и поволок к Новикову, все еще стоящему столбом.

— Серега! — крикнул я. — Помоги!

Он отмер, подбежал ко мне.

— Что там у тебя?

— Да этот… — растерянно пробормотал он, — второй! Тоже как рванул куда глаза глядят. Ну, я по нему. А снайпер из меня так себе… Похоже, убил. И Федор кончился. Этот гад умеет бить смертельно.

— Да уж… Ладно, руки ему блокируем, а ноги надо перевязать. Он легко ранен.

Минут пять у меня ушло на выяснение ситуации. Да, Федору с Николаем помочь было уже нельзя, а вот убийца жить будет. Пока. Перевязку мы ему сделали умело. Руки, конечно, закрутили за спиной так, что дергаться бесполезно.

Он условно очнулся, башкой ворочал, но вряд ли в полной мере сознавал и себя, и происходящее. Тем не менее, я счел нужным ему сообщить:

— Готовься, сволочь. Говорить теперь с тобой будут люди строгие. Все вспомнишь, все расскажешь.

Я вполне разумно исходил из того, что задержанный — связник между бандой и центром. Конечно, пока это версия. Довольно хлипкая. Но отнюдь не пустая. Над ней нужно работать.

Только я успел так подумать, как из подлеска выскочили два бойца в обмундировании войск МВД: сержант и красноармеец.

— Стоять! — воинственно гаркнул сержант. — Руки вверх!

Мы с Сергеем, конечно, руки вскинули, но тут же в два голоса объяснили, что мы экипаж самолета, вон того самого, что это мы успели сообщить координаты… Словом, убедить бойцов нам было нетрудно.