На этом его атакующие действия практически завершились. Мгновенно схватив громилу за правую руку, я вывернул ее так, что шестипудовую тушу крутануло на сто восемьдесят градусов, и она очутилась ко мне спиной. Взять обе руки противника в «двойной нельсон» мне было делом секунды.

Коля вдруг стал похож на орла, раскинувшего крылья в полете.

— Коля, — примирительно сказал я, — дернешься — сам себе руки вывихнешь. Это физика.

Двойной нельсон при внешнем примитиве страшно травмоопасный прием. И если его провел опытный боец, то вывернуться из захвата практически никак.

Не знаю, что подумал Коля, но он пошел другим путем: стал неистово лягаться, стараясь попасть мне каблуками по ногам. Но я вмиг увильнул — и не то, чтобы рассердился, а надо было дурака унять.

И я резко толкнул его вперед, башкой в дверной косяк. Не очень сильно. В принципе можно было врезать так, чтобы дух вон. Но я смягчил удар.

Тем не менее, и так вышло не кисло. Как будто кувалдой долбанули по стене. Я ощутил, как Коля обмяк, ноги подогнулись. Я отпустил захват, и дебошир безвольно ткнулся носом в косяк, коленями в пол, и съехал по стене на пол.

Супруга напуганно высунулась из комнаты:

— Что с ним⁈

— Жить будет, — хмуро сказал я. — Вас как зовут?

— На… Наташа.

— Очень приятно. Забирайте своего суженого.

— Да разве ж я такого медведя подыму⁈

Пришлось еще и волочь его в комнату. По ходу транспортировки Николай условно очнулся, бурчал невразумительное, но вел себя смирно. А когда его погрузили на кровать, сразу захрапел.

— Ну вот и решили вопрос, — сказал я.

А следующим вечером раздался стук в дверь. Я открыл — батюшки, Коля. Вид виноватый.

— Входи, — я посторонился.

— Ты это, — буркнул сосед, глядя в пол, — извини, я вчера как дурак последний… Да это моя! Дура же, пока в рыло не дашь, ни хрена не поймет. Сперва доведет до белого каления, а потом: спасите! Помогите! Убивают! Как же, убьешь ее… Ну да ладно, не о том речь. Ты как?

И он вытянул из кармана чекушку.

— Да я-то нормально, а ты опять не пойдешь в стратосферу?

— Да не, — улыбнулся Коля, вряд ли зная слово «стратосфера», но поняв общий смысл. — Это ж так, для души.

— Ну давай, — я тоже улыбнулся.

Тяпнули по сто грамм, разговорились.

— Ловко ты меня вчера приложил! Приемчики знаешь?

— Разведка, брат. Языков приходилось тащить через линию.

— То-то и оно! Я это и подумал.

— А ты?

— Ну так, — заскромничал он. — Пехота. Однако «Славу» третьей степени имею. И «Отвагу». Ну, еще медальки есть. А у тебя?

— Есть кое-что.

Почти подружились. Я не преминул повоспитывать:

— Я ведь вижу, Коля, ты мужик нормальный. Зачем куролесишь?