Все еще скалясь, Момент достал белоснежный носовой платок, вытер жало заточки. Платок вмиг окрасился алым. А само холодное оружие исчезло так же, как и появилось.

— Фехтование, — сказал Момент хрипло. И голос у него стал другой, не похожий на прежний. — Рапира!

Он рассмеялся, сел и ладонью пригладил волосы. Пальцы слегка дрожали.

Вера и бровью не повела при этой дикой сцене. Слегка отпила из недопитого стакана.

— Я вам говорила, — сказала она. — Вот и подтвердилось.

Глава синдиката промолчал. На меня не смотрел, но я-то видел, что ему важна моя реакция. А реакции не было. Я подцепил вилкой ломтик ветчины, перекинул на свою тарелку. Пальцем указал на коньяк:

— Не возражаете?

— Возражаю, — сказал он. — Мы не договорили. Кашалот?

Тот прокашлялся и произнес невнятным мятым голосом, как будто нарочно косил под дурачка:

— Так это… Тема ходит среди людей, верно Момент сказал. Подумать есть над чем…

Похоже, этот старый увалень был здесь главным мозговым центром. Начальником штаба. Говорил мало, но с Кучером они привыкли понимать друг друга с полуслова. В этих немногих словах, надо полагать, было заключено гораздо больше информации, чем было озвучено.

— Ладно, — подытожил Кучер. — Вера?

Она чуть пожала плечами:

— Я согласна с мужчинами. Идея в целом разумная, но нуждается в уточнении.

ККК посмотрел на меня.

— Ну, слышал? Почти единогласно. Уточняй.

Все это говорилось так, словно ничего не произошло, словно никакого трупа не валяется на полу. Все невозмутимы, включая женщину. Да и я сам выгляжу совершенно бесстрастно. Чем, несомненно, выиграл во мнении главаря.

— Ну, прежде всего, мне надо постараться попасть в караул. Это моя забота. Вам о том думать не надо.

— А если не попадете? — слегка обострила Вера.

— Попаду, — ухмыльнулся я. — Если б не так, я с вами разговоры бы не разговаривал. Поясняю: состав будут формировать на Москве-товарной-Рязанской, а караул наберут с других отделений. И из личного состава МГБ. Под видом ВОХР.

При этих словах мне ужасно захотелось увидеть Верино лицо, но я не стал. Смотрел на Кучера. Прямо в глаза. Надо отдать должное старому вору — ни малейшей эмоции на его изможденном лице не промелькнуло.

Я рассказал, что с виду обычный грузовой состав пойдет не по привычной для сибирских маршрутов ветке Владимир — Горький — Киров — Пермь, а южнее: Рязань — Пенза — Куйбышев — Уфа и так далее. До Омска. А оттуда, собственно, одна дорога.

— Сколько рыл в карауле? — спросил Кучер, избегая слово «людей».

— Пять или шесть. Я — начальник, остальные мои подчиненные.

— И что, ты собрался их перебить?