— Вот здесь.
У меня ёкнуло:
— Точно вот здесь?
— Ну, если совсем точно — то вот тут. Но здесь шнурок лежит, скатится.
Вот так вот. Помните, я упоминал, что Кондратий провалился сквозь землю, в буквальном смысле этого слова? А сейчас выясняется, что он «провалился» не где попало, а именно над тайным подземным проходом.
Кондратий знает про эти ходы.
Более того — он ими активно пользуется. Поэтому он такой неуловимый — он может пройти в любую точку Мангазеи под землей, вынырнуть, прикончить, кого захочет — и нырнуть обратно, под землю. И ищи его.
Как только понял, что мы эти ходы ищем…
— Так! — я хлопнул по столу ладонью, сдвинув воздушным движением «дома», — Девочки мои!
«Мои девочки» вскочили и вытянулись в струнку. Хотя в стрелецких войсках такое и не принято, но поведешься со мной — чему попало научишься.
Забавно смотрятся — пять девчонок в сарафанах, почти по стойке смирно и почти выстроившись в шеренгу.
— Апчхи! — чихнула Аглашка, тут же нарушив строй и сдув со стола остатки плана.
— Вот, — ткнул я в нее пальцем, — Правду сказал!
— Так ты ж ничего и не сказал, — уличила меня Аглашка.
— Как не сказал? Сказал! Я сказал, что вы — девочки и что вы — мои. Чистая правда! Итак: слушайте задание на день…
Я заложил руки за спину и прошелся взад-вперед. Потом кашлянул и перестал придуриваться. В таком виде я сам себе напоминал не мудрого генерала, а нашего учителя истории. Который именно так прохаживался по классу во время урока, отчего имел кличку «Заключенный».
— Я сейчас отправляюсь в город по делам, а вы… Настя и Клава, вы, как самые знающие — помогите, блин, Александру с его зеркалами! Что-то он застыл.
— А я, значит, слишком глупая, — Аглашка демонстративно скрестила руки на груди.
— Аглашка и Дита, — проигнорировал я этот демарш, — вы, как самые хитрые — придумайте способ, как спрятать Венец от глаз. Так, чтобы его можно было носить днем.
Потому что ночью я на улицу ни ногой. Уже говорил? И еще раз скажу! Мне страшно!
— А я? — хихикнула тетя. Вот вроде бы взрослая женщина, а, пообщавшись с этой шантрапой, ведет себя как девчонка.
— Тетушка, — я взял ее за руку и поцеловал пальцы. За спиной послышались четыре возмущенных фырка, — Приготовь, пожалуйста, еще раз те самые щи. Очень уж они на работу мозга влияют.
* * *
— Кондратий? — недоуменно поднял брови губной староста. Даже шрам на лице изогнулся вопросительным знаком.
— Ну да.
— Подьячий Федор… А ты своего разбойника нашел?
Како… ах, да. Я же тут, по легенде, главаря банды ищу.
— Нет, не нашел пока.
— Подвалы дома Морозовых проверил?