Жаль, что никаких раций на Руси еще нет, дать остальным девчонкам сигнал, чт ос нами все в порядке. Разве что в сказках, яблочки на блюдечках там сякие и волшебные зеркальца. Но в реальности я таких не встречал. В здешней. В прошлой жизни встречал. Айфон и Скайп называются.
Замок клацнул, дверь, чуть скрипнув, открылась.
Ступени.
На третьем уровне было вообще холодно. Не то, чтобы до пара изо рта, но так, промозгло. И ничего интересного здесь не было — от ступеней отходил короткий коридор упирающийся в надоевшую до изжоги железную дверь. Сколько я их уже вскрыл? Штук семь? За семью дверями железными, за семью замками пудовыми… Что хранится? Надеюсь, сокровище?
— Источник там? — я указал на дверь, не сомневаясь в ответе. Поэтому ответ Насти меня поразил до глубины души:
— Нет. Глубже.
— Да куда глубже-то?! — чуть не вскрикнул я. Настя послушно указала пальцем под ноги. Примерно в сторону двери. Но ниже уровнем.
— Вон там.
Надоела мне эта матрешка… Если я в начале я еще чувствовал какой-то азарт, то сейчас — только усталость. Ладно, переходим к двери… Если за ней будет еще одна — я на нее просто плюну и пойду назад. У меня уже руки дрожат! И ноги!
Оп-па, сюрприз. Дверь, во-первых, не окованная, а цельнометаллическая. А во-вторых — на ней Слов нет. Ни одного. Только замок.
Вот с треклятым замком я провозился дольше, чем с любым предыдущим! Когда он клацнул и повис на дужке — я обнял Настю и расцеловал. Не шучу, такой восторг я испытал. Настя, правда, от неожиданности вырывалась… сначала. А потом — нет…
— Может… все-таки… посмотрим, что за дверью? — произнесла она, когда наши губы расцепились. А язык она не пустила…
— Что? А, да… Конечно. Сейчас.
Я толкнул дверь, прошел внутрь — и вспыхнул свет.
Хорошо, что у меня крепкие нервы — я чуть не заорал. А так — не заорал. Ну… может, вскрикнул. Негромко. Разок.
На стенах висели факелы-артефакты, загорающиеся, как только кто-то входит внутрь. А внутри…
Внутри была тюрьма.
Просторное помещение, металлические стены, в дальней — несколько узких камер, закрытых тяжелыми железными решетками. Пустые. Справа от двери — стол, рядом с ним — деревянное кресло, в правой стене — печь, погасшая.
На стенах, кроме факелов — ничего. Ни одного пыточного инструмента. И это хорошо, иначе я заподозрил бы, что Морозовы развлекаются, запытывая до смерти случайных прохожих и сжигая их вон в той печи. Нет, похоже, какая-то особая тюрьма для особых врагов боярского рода.
Бррр. Холодно здесь. И жутковато. И никаких следов Источника.
— Он здесь? — уже без всякой надежды спросил я. И в этот раз Настя мои ожидания не обманула: