— Это профессия! После войны, допустим, получишь удостоверение — считай, кусок хлеба в руках.
— Мне надо с маслом. Да и с колбасой не худо бы, — острил я.
— Хоть с черной икрой, — обещал Михалыч.
Не забывал я и воспитывать Рекса:
«Слушай, брат! Ты должен владеть собой. Понял? Сдерживаться и слушать меня. Ты же не просто пес, понимаешь? Мы с тобой тандем».
Тут я, конечно, дал промах, ляпнув чуждое слово.
«Чего мы такое?» — обалдел Рекс.
«Гм. Как бы тебе это объяснить…»
И объяснил.
«Теперь понятно?»
«Да, хозяин!»
Зоя быстро вписалась в жизнь отряда. Оказалось, она кое-что смыслит в медицине. Немного — но лучше, чем ничего. Закончила курсы медсестер при обществе Красного креста. Владела она и секретами народной медицины. Внедрила в Николая Семеныча идею делать отвар из сосновых шишек и хвои: профилактика. Поставили производство данного напитка на поток. Ребята матерились, но пили, а кое-кому так и вовсе понравилось.
Так шли дни, становясь все короче, все холоднее. И вот однажды ночью послышался заветный самолетный гул.
Бабин был тут как тут. Послушал — и вынес вердикт:
— Наш. ПС-84. Транспортный. Похоже, к нам.
Семеныч глубоко и счастливо вздохнул:
— Неужто дождались?..
— Похоже, — повторил радист.
— Объявляй общий сбор!
И весь отряд пришел в движение.
Глава 18
Первым делом я окликнул Рекса:
«Братишка! Ты где?»
«Тут!» — мгновенный ответ.
И правда здесь — вот он, рядом.
— Крылов! — увидел меня Денисов. — Беги-ка на дальний костер, ты всех быстрее. Скажи: команда разжигать.
— Есть! Фонарь дайте.
— Держи.
Ночь есть ночь — несмотря на все наше с Рексом искусство, двигаться во тьме сквозь лес малореально. То есть псу-то с его слухом и обонянием куда проще, а вот мне — почти кирдык.
Армейский фонарь Денисова мощный, светил отлично, а выдерживать азимут движения я научился уже автоматом. Рекс — тем более.
«Рекс, дальний костер. Туда. Знаешь?»
«Я уже понял, хозяин».
И мы понеслись.
На дальнем костре дежурил не самый вразумительный дед Федот, однако обязанности свои он исполнял четко.
— Стой, кто идет! — старческим, но твердым голосом встретил он нас.
— Свои, дедушка, — откликнулся я. — Егор Крылов.
— Так вижу, вижу. И пса твоего.
Молодец, старик. Службу тянет.
— Приказ командира: разводим костер. К нам подкрепление с небес.
— Слышу — жужжит вверху. Но не видать.
Это верно. Аэроплан невидимо гудел без опознавательных огней, и уже довольно долго. Видимо, барражировал в известном летчикам районе, ожидая сигналов с земли.
Рекс видит в ночи лучше нашего. Я не замедлил включить это:
«Рекс, глянь вверх. Что видишь?»