Пашкову не терпелось смонтировать и опробовать радиостанцию, но он видел, что его люди от усталости и стресса валятся с ног, поэтому объявил отбой. Да и для нас ночь была фактически бессонной, поэтому отряд получил негласный отдых.

Вторую половину следующего дня наш высший комсостав совещался. Пашков, Денисов, Самсонов, Масленкин засели в командирской землянке и обсуждали невидимые миру планы. Закончили к вечеру. Пока ничего не говорили. Как обычно, отряд выстроился на вечернюю поверку, причем в строй стали и «москвичи», как быстро окрестили небесных гостей наши старожилы. Что, в сущности, верно. Все они прошли подготовку в разведшколе в Балашихе, под Москвой. Наши, надо сказать, поначалу отнеслись к «москвичам» ревниво. Однако очень быстро оттаяли. Видимо, в спецшколе парней учили не только стрелять, метать ножи, не дышать под водой и тому подобное. Учили и психологии. Обаянию, харизме — располагать к себе, входить в доверие. Особенно владел этим инструментарием доктор Тарасов. Он объявил, что готов к приему пациентов: если кого что беспокоит, или просто надо провериться, пройти профилактику — милости прошу. С Зоей он моментально нашел общий язык, похвалил ее за медицинскую смекалку, в частности, за отвар из шишек. И вдвоем они развернули санчасть.

Чуть помедлив, народ потянулся к медикам.

Тарасов не только психологом был хорошим. Он и по своей прямой специальности оказался докой. Словом, завоевал авторитет не то, что быстро, а стремительно. За сутки с небольшим.

Итак, вечерняя поверка. В строю стояли все. Выяснилось, что происшествий нет, потерь нет, отсутствующих, кроме тех, кто в нарядах, нет. И Денисов сказал то, чего в общем-то все ожидали:

— Товарищи! Хочу сказать следующее. С этого дня мы не просто партизанский отряд. Мы становимся регулярной частью наших Вооруженных сил. Подчиняемся напрямую московскому руководству. Его приказом командиром отряда назначается старший лейтенант НКВД Пашков. Теперь мы все подчиняемся ему.

Я отметил, что Николай Семенович выражался округло. «Вооруженные силы, московское руководство…» Видимо там, наверху, еще до конца не определились, к какому ведомству мы будем принадлежать. Наркомат обороны или внутренних дел. Для нас, рядовых партизан, это, в общем-то, без разницы. Наша задача воевать.

И мы, конечно, будем воевать. На самом деле, не имеет значения, под какой эгидой бить врага.

Но я привык анализировать. Вникать в темы глубже. И я сделал зарубку в памяти.

Пашков выступил перед отрядом коротко и корректно. Сказал, что мы теперь устанавливаем радиосвязь с Центром, будем получать указания, а также снаряжение. Дополнил, что Денисов остается комиссаром отряда, вся политработа на нем. А старший лейтенант Самсонов становится заместителем командира по боевой подготовке.