— Сейчас отведу к нему, — дипломатично ответил я. — А остальных ваших наши разыщут, не беспокойтесь.

— Тоже верно, — усмехнулся он. — Как можно меньше слов — одно из правил чекиста… Ну, идем.

И мы отправились в лагерь. По пути прихватили деда Федота, который уже героически поборол огонь. Рекс уверенно вел нас, я подсвечивал фонарем, экономя батарейку.

Пашков сразу расположился ко мне и Рексу:

— Тебя как — извини, запамятовал?.. Егор, да! Можно ведь на «ты»?

— Конечно, товарищ старший лейтенант.

— Да. Ты знаешь, я ведь занимался служебными собаками. Специально. В погранвойсках. Дрессировка и так далее… С тех пор к ним неравнодушен. Удивительные животные! Мне кажется, они нас лучше понимают, чем мы сами.

«Хозяин, он хорошо говорит,» — похвалил гостя Рекс и невольно вильнул хвостом.

«Слышу. Согласен. Думаю, нам с ним повезло».

Глядя в ближайшее будущее, я уже прогнозировал, что Пашков станет нашим новым командиром. Наверняка он прибыл с особыми полномочиями от руководства. Старлей НКВД — не шутки, это по армейским меркам майор. У них там, в ведомстве Лаврентия Павловича, особые звания. Собственно, он ни за чем другим и не может быть прислан, кроме как возглавить отряд. Ввести его в структуру советских спецслужб. Что есть правильно.

В этом ключе и произошла его встреча с Денисовым. Я безошибочно заметил: прибывший держался дружелюбно, но так, чтобы не возникло сомнений в его властных функциях:

— Рад познакомиться, Николай Семенович. Наслышан о вас ТАМ…

«ТАМ» он сильно выделил интонацией.

— … и первым делом надо собрать всех моих. Кому-то, возможно, потребуется медицинская помощь. У нас в составе один доктор есть, медикаменты есть. Специалист он квалифицированный, я успел убедиться.

— Не беспокойтесь, товарищ старший лейтенант, — заверил Денисов. — Все сделаем. Железно. А вы с дороги… так сказать, зайдите, чайку попейте.

— Благодарю, — вежливо возразил Пашков. — Попозже. Надо все уточнить: кто есть, кого нет, и так далее.

Уточнять пришлось два часа с лишком: посадочный разброс изрядный. Соответственно, и чаепитие отложилось надолго. Ближе к рассвету составилась общая картина.

Всего десантников НКВД было четырнадцать человек (не считая летчиков, разумеется). Налицо оказались девять. Пятеро либо разбились вместе с самолетом, либо неудачно приземлились, и теперь судьба их неизвестна.

По количеству парашютных куполов в небе мнения разделились. Вернее, не составилось точного: кто смотрел, тот уверял, что видел около десяти куполов, а точнее разве разглядишь… Что верно — с земли в ночном небе рассмотреть объекты сложно. Поэтому наземным свидетельствам цена невелика.