С одной стороны, так. А вот и вторая сторона, она опять же истина: лес — это огромный живой организм. Биогенератор. И я для него свой. Он вырабатывает энергию, которой я могу подзаряжаться, восполнять свои затраты. Вот я прислонился спиной к сосне — и чувствую, как от нее идут в меня живые токи. Это мой родной лес. Он помогает мне.

Последнее я мысленно промолвил с силой — и Рекс меня услышал.

«Да, хозяин. Я тоже чувствую. Я от леса набираюсь сил».

«Вот-вот, — обрадовался я. — И я о том же».

Ведь этот случай с молнией и моим необычайным переселением из одной эпохи в другую — он не мог быть просто случайностью. Это задание от Вселенной — звучит помпезно, но так оно и есть. И не удивительно, что я стал обладателем уникальных способностей. И они важны не сами по себе. Они даны мне, чтобы я сделал нечто такое, чего не сделает никто. И вот первый шаг есть. Мы с Рексом сомкнулись в боевой сплав со сверхвозможностями. Мы ощущаем единство с родной природой. Такому дуэту под силу решать большие задачи. Значит, и будем их решать.

Я думал об этом и чувствовал, как силы быстро восстанавливаются. И слышал, как бойцы НКВД разбираются с красноармейцами.

Те все оказались военнослужащими разных инженерно-саперных и строительных подразделений Северо-западного фронта. В основном — из понтонно-мостового батальона 3-й танковой дивизии, участвовавшей в тяжелых боях за город Остров. Немцы отобрали среди пленных специалистов именно такого профиля, погрузили в этот эшелон…

— Сколько всего человек? — спросил Никонов.

— Точно не знаю, — сказал один — наверное, довольно молодой человек, но выглядевший старше своих лет. Впрочем, все они были такие изможденные. — Точно не знаю, два или три вагона. Думаю, порядка ста человек. Может, и больше. Везли на строительство какой-то важной переправы — нетрудно догадаться.

Никонов внимательно посмотрел на него:

— Вы командир?

— Капитан. Командир роты.

— Член партии?

— Беспартийный. Я из запаса призван. Инженер-гидростроитель, плотины строил. А коммунистов немцы отделяли. Иных… на месте. А иных куда-то увозили. Куда — неизвестно.

Старший группы кивнул:

— Это понятно. Еще командиры есть?

Выявилось — еще один лейтенант. Старшина и три сержанта. А всего двадцать семь человек.

— В вагоне было больше, — сказал капитан. — Но кто не успел, кого немцы положили при побеге…

Я еще раз «спросил» Рекса, и он заверил, что в лесу никто не отстал. Все на месте.

«Уже неплохо, — сказал я. — Как себя чувствуешь?»

«Восстанавливаюсь. Это хорошо. Это ведь от леса, от земли идет сила?»

Еще раз подивившись Рексову прогрессу, я подтвердил, что так оно и есть.