«Да».

Заряд нашей молнии достиг пика. Я ощутил свирепую ледяную мощь. Готов сокрушить все.

Петров помолчал. И вдруг сказал:

— Ладно. Значит, по убийству ничего дополнить не можете?

Тон речи изменился. Стал почти доброжелательным.

— Нет. Да мне и вообще сказать нечего.

— Ну, тогда извините за беспокойство. А кто из соседей ближе общался с Чулковым?

— Кто? По-моему, никто.

— Ладно, разберемся. Всего доброго.

И ушел. Мы с Рексом безошибочно ощутили, как он стал подниматься на второй этаж.

Анна Петровна открыла дверь чулана. По лицу ее блуждала странная улыбка — видно было, каким страшным напряжением дался ей этот визит и разговор.

— Ушел, — инстинктивным шепотом произнесла она.

— Может вернуться, — тоже прошептал я.

Это было вполне реально. Но и торчать в темноте на пределе нервов было уже нельзя. Какое-то время мы ждали, хозяйка плотно зашторила окна. Режим ожидания, пусть и не предельный, тоже поглощал энергию будь здоров… Я ощутил, что держусь с трудом.

«Рекс, ты как?»

«Ничего. Пойдет».

«Держимся, брат».

«Ага».

Явилась Зоя. Румяная с мороза, усталая и счастливая. Оказалось, немцы и полицаи учинили проверку с облавой, под которую попадать вовсе не хотелось — при отсутствии «трудового паспорта». Пришлось отсиживаться в укромном месте.

— Дважды повезло… — прокомментировал я.

А можно сказать, что дважды с половиной — Петров не возвратился, хотя мог бы.

— Анна Петровна, — твердо заявил я. — Поправьте, если мне почудилось…

— Ты про этого? — усмехнулась она. — Похоже, что нет.

«Мне тоже, — поддакнул Рекс. — Он хотел показать, что Анна Петровна не та, за кого себя выдает. А он это насквозь видит. Показал и ушел».

Истина иногда говорит устами не только младенцев. Но и собак.

Нам всем пришлось поломать головы. Вообще, вышел такой нехилый мозговой штурм.

— Давайте-ка прикинем, — сказала Анна Петровна.

Мы исходили из того, что неглупый Петров уловил: в исчезновении Юдина и убийстве Чулкова, вроде бы ничем не связанных друг с другом событиях, просматривается одна тоненькая, ненадежная, но все же ниточка. Это Анна Петровна Зотова. Единственный, видимо, человек, знакомый с обоими «объектами». Какая-никакая, а связь.

Констебль почуял здесь поживу. И пришел с намеками. Мол, я-то знаю, в чем дело…

— Не знаю, но догадываюсь, — вставила свои пять копеек и Зоя.

— Пришел и ушел, — отметил я. — Спросил про чулан и не заглянул.

— Вот, — сказала Анна Петровна. — Вот нам задачка. Какие могут быть решения?

Решений могло быть два. Противоположных друг другу.

Первое. Констебль Петров — наш человек. Одинокий патриот, попавший неизвестным нам путем в коллаборционистскую полицию. Он ищет выход на подполье, чтобы влиться в его работу. Показалось, что нашел. Пришел и маякнул: я ваш. Готов работать. Жду ответного движенья.