Мой доклад, похоже, произвел хорошее впечатление. Денисов улыбнулся:

— Значит, земляк нашего Миши Лукашина?

Ну вот и фамилия друга сама собой с неба упала! Отлично.

— Да, Николай Семеныч. Друзья. Это он мне координаты ваши сообщил. Должны были вместе пойти, да я задержался. Своих родных эвакуировал.

— Отправил?

— Не знаю, — нахмурился я. — На подводы посадил, поехали до ближайшей станции. Ну, а там…

Командиры переглянулись. Денисов чуть качнул головой, и я прекрасно понял этот жест: могли и не успеть при такой катавасии, что творилась в последние дни перед оккупацией. Старший лейтенант негромко спросил:

— К нам как пробирался?

— Вот, — я достал полустертую дезертирскую схему. — Отчасти по ней, отчасти сам, по приметам. Места родные. Но по пути без происшествий не обошлось.

И я поведал историю своих странствий. С купюрами, разумеется. Умолчал о молнии. Сами узнают. Не стал говорить про бабу Нюру, Катю, про спасенного нами летчика и угон «Шторьха». Это все правда, но в рассказе будет выглядеть сомнительно. Я лишь сообщил о том, что обнаружил наш бывший аэродром, переделанный немцами под свой. Постарался запомнить его расположение. Рассказал о схватке с двумя латышами-дезертирами:

— Вот одну винтовку у них взял, и все патроны, какие были. Вторую тащить было бы невмоготу.

И, наконец, поведал о ликвидации двух немцев и грузовика «Опель-блитц»:

— Это сегодня, вот несколько часов тому назад, не позже. Автомат оттуда. У второго немца «Маузер», магазинка. С ней бы тоже далеко не ушел.

Партизанские начальники вновь переглянулись. Мне показалось про стрельбу на дороге и возможную последующую суматоху они уже успели услыхать. Подпольное радио сработало.

Самсонов взял лежавший поодаль командирский планшет, вытянул из него топографическую карту:

— На карте все это показать сможешь?

— Попробую.

Опыт работы с картами у меня был немалый. И сейчас пригодился в самый раз. Армейская карта 1941 года мало чем отличалась от того, к чему я привык в ХХI веке, будь оно электронное или типографское. Те же самые принципы, та же проекция Меркатора. Я без труда разобрался в рисунках.

— Так. Мы сейчас находимся вот здесь, правильно я понимаю?

После чуть заметной паузы старший лейтенант сказал:

— Верно.

Я быстро нашел на карте деревню Загорье и восстановил свой маршрут. Бывший наш, а теперь немецкий аэродром на военной карте «для служебного пользования» был обозначен.

— Ну вот, значит, аэродром. А вот тут примерно — вот она, дорога, и холм показан — тут я грузовик уничтожил.

Когда я поднял взгляд от карты, то увидел, что Самсонов смотрит на меня очень внимательно. Я бы сказал — слишком внимательно.