Отдохнуть ему не дали. Пришли молодые офицеры и попросили присоединиться к их компании. Угостили портером и накинулись с расспросами.

— Я вам, Ваши благородия, так скажу. Вы своих солдат к плац-парадам готовили. Формализм сплошной. Но горная или лесная война — это не шагать по линеечке.

— Вся Россия так!

— Россия — не Кавказ! — сказал Вася и заткнулся: его слова явно отдавали ересью, но офицеры его поняли.

— Что сложнее: в горах воевать или в ичкерийских лесах?

— В лесах! — отрубил Вася. — Был я в походе на Ахульго…

— Наслышаны! Медаль, говорят, вам выдали на георгиевской ленте.

— Еще не выдали, но не суть. В горах против нас была погода — то жара, то холод — и выгоды позиции неприятеля. В лесу же опасность подстерегает из-за каждого куста. Да что там куст! Сверху тоже чечен стреляет. Встанешь под деревом — а с верхушки — бац! Прямо в темя.

— Ой! — вскрикнул молоденький юнкер.

— Вот тебе и ой! Зевать нельзя!

— А как же связь с другими подразделениями поддерживать?

— Сигналами рожка, — охотно пояснил Вася. — Сигналы эти горнистам нужно знать назубок. И помнить, когда и какие применять. Их еще и меняют каждый день, чтобы чечен не привык.

Офицеры пригорюнились. Они знали, что их ждет не увеселительная прогулка. Но что будет так трудно⁈

— Я вам, Вашбродия, еще вот что скажу. Про эполетики забудьте! И заранее солдатскими мундирами обзаведитесь. Офицеров в первую очередь отстреливают. Там, — указал Вася на юг, — только так! Если в бой пойдете с солдатами, вам шашка понадобится, а не та ковырялка, с которой ваш командир в канцелярию заявился.

— А говорят, многие офицеры в черкесках ходят. Правда?

— Еще как ходят! — подтвердил Вася. — Вот ближе к Червленой подойдем, я вам и не такое покажу!

Несмотря на все уговоры, Вася остался верен своему слову. Когда через девятнадцать дней отряд добрался до последней ночевки перед Червленой, делая в день 20–25 верст, утром перед входом он поменял надоевший, продубленный потом тенгинский мундир на свой черкесский наряд. Побрился наголо. Подравнял кудлатую бороду, которую с трудом отстоял перед командиром отряда.

— Ну, как? — спросил офицеров, с которыми сдружился за время похода.

— Блеск! — восхищенно отозвались все. — Глядите, господа, и кинжал, и шашка. Вася, где прятал?

— В чехле с винтовкой, — пояснил Девяткин, пряча улыбку в пышных усах.

— Вылитый абрек!

— Так мне так и положено выглядеть!

— Это ж в каких войсках так наряжаются? — изумились обер-офицеры.

— В летучем отряде юнкера Дорохова! — важно ответил унтер.

— Того самого Дорохова⁈ Правда⁈

— Вот вам крест!