— Как прикажете, Павел Андреевич-с. Я подготовлю распоряжение о выделении средств-с.
— Восемьсот рублей. На укрепление дамбы нижнего города. Из свободного остатка городского бюджета. Распоряжение — на мою подпись. Сегодня.
— Сегодня, — повторил Сычёв. Кивнул. Ушёл.
Я остался один.
За окном — апрельский день, яркий, весенний, с запахом талой земли и первой травы. Волга — видная с холма, из окна управы, — лежала серая, широкая, полная талой воды, и от неё шёл пар, и в этом пару — если прищуриться — можно было увидеть будущее: ледоход, паводок, вода, подступающая к дамбе, и дамба — гнилая, старая, двадцатилетняя, — которая должна выдержать. Должна — потому что я так решил. Потому что восемьсот рублей — это всё, что я могу дать. Потому что больше — нет.
Я подсчитал — в уме, привычно, как считал бюджеты в Нижнеярске:
Дамба: 800 ₽
Осталось в бюджете: 3 000 — 800 = 2 200 ₽
Мельникову (ремонт ратуши): отложено. Стоимость конфликта с Гордеевым: неизвестна.
Запас на непредвиденные: 2 200 ₽
Из них — на текущий мелкий ремонт, пособия, непредвиденные расходы (по опыту прошлых лет) — не менее 1 500 ₽
Реально свободных: ~700 ₽
На весь остаток года. На всё, что может случиться.
Семьсот рублей. На больницу — нет. На мост — нет. На каланчу — нет. На колодцы — три рубля на хлорную известь, это — да, можно, это хотя бы.
Семьсот рублей и город в двадцать пять тысяч человек.
Я достал из кармана записку — ту, карандашную, с моим списком приоритетов — и дописал:
Дополнение: нужен источник дохода. Срочно. Город не может жить на три тысячи в год. Нужен проект, который приносит деньги. Кирпич? Завод? Мельница? Подумать.
Спрятал. Зажёг свечу — хотя было ещё светло. Привычка: свеча — значит, работаю.
До паводка — дни. Может быть, неделя. Может быть, полторы. Вода в Волге поднимается — Потапов каждый день ходит к реке и делает отметки на столбе. Аршин. Аршин и два вершка. Аршин и четыре. Каждый день — чуть выше.
Артель нужно нанимать завтра. Мешки — закупить послезавтра. Брёвна — найти, привезти, обтесать. Десять дней работы — если повезёт с погодой. Если не повезёт — меньше.
А Гордеев — узнает сегодня. Через Мельникова. И начнёт считать ответный ход.
Что ж. В шахматах, когда противник начинает считать, — значит, ты сделал ход, который он не ожидал. А неожиданный ход — это уже полдела.
Вторая половина — выдержать последствия.
Глава 12
Распоряжение о созыве экстренного заседания думы я подписал десятого числа — на следующий день после Пасхи, до которого ещё две страницы тянулась мирная жизнь, — и Сычёв с двумя писарями три дня разносили повестки по всем тридцати гласным. Гласные жили в основном в верхнем городе — в каменных домах на Дворянской и Соборной, — но четверо были из уезда, и к ним пришлось посылать нарочных. Один — старый купец Бровкин — лежал больной в имении за пятнадцать вёрст и явиться не мог. Другой — отставной поручик Невельской — уехал в губернию по торговым делам и тоже не успевал.