Десять дней — и дочь пришла сказать мне, что я стал лучше.
Это — хорошо.
Но «я буду ждать» — это не прощение. Это испытательный срок. Анна ждёт — и наблюдает. И если я оступлюсь — по-крупному, не по мелочи, — она не простит. Она из тех, кто не прощает.
Дочь покойной Елизаветы. Внучка Аграфены Тихоновны. Кровь, которая не прощает.
Я задул свечу. Лёг. Закрыл глаза.
Первые десять дней — выживание.
Следующие десять — работа.
Глава 6
Тетрадку в коричневом переплёте я нашёл в первый день — в потайном ящике стола, вместе с деньгами, расписками и любовным письмом. Тогда я пролистал её за минуту, увидел столбцы цифр и пометки «Мельн.», отложил и закрыл ящик, потому что в тот момент у меня были проблемы поважнее — например, научиться пить чай из правильной посуды и не путать имена собственных детей.
Десять дней спустя — утром одиннадцатого марта, после завтрака, после того как Анна ушла к себе, а Николай уехал в гимназию, — я достал тетрадку снова, положил перед собой, зажёг вторую свечу для лучшего освещения и начал читать. По-настоящему. Строка за строкой, цифра за цифрой, с карандашом в руке и чистым листом рядом.
И через три часа я знал о Павле Андреевиче Стрешневе — о настоящем Стрешневе — такое, отчего у меня руки похолодели.
Тетрадка была аккуратная. Стрешнев — при всех своих недостатках — вёл теневую бухгалтерию с той же педантичностью, с какой нормальные люди ведут кассовую книгу: даты, суммы, источники, назначение. Каждая запись — строка, каждая строка — факт:
«14 мая 79 — Мельн. — 600 ₽ — мощ. Торг. ул.»
«3 авг. 79 — Мельн. — 450 ₽ — рем. ратуши»
«17 окт. 79 — Мельн. — 320 ₽ — рем. моста»
«6 фев. 80 — Мельн. — 540 ₽ — мощ. Собор. пл.»
«22 мая 80 — Мельн. — 280 ₽ — колодцы (3 шт.)»
«11 нояб. 80 — Мельн. — 200 ₽ — мост.»
«9 янв. 81 — Мельн. — 380 ₽ — фонари»
И так далее — пятнадцать записей за три года, с мая тысяча восемьсот семьдесят девятого по январь восемьдесят первого.
Я сел считать.
Общая сумма поступлений от «Мельн.» за три года: четыре тысячи четыреста семьдесят рублей. Не миллионы — по меркам двадцать первого века это смешно, — но по меркам города, где годовой бюджет сорок две тысячи, а свободных средств три, — это десять с лишним процентов от всего городского бюджета. Украденных. За три года. Системно.
Теперь — арифметика.
Мощение Торговой улицы — подряд стоил, по ведомостям управы (я видел папку), четыре тысячи рублей. Откат Стрешневу — шестьсот. Пятнадцать процентов. Ремонт ратуши — подряд три тысячи, откат — четыреста пятьдесят. Те же пятнадцать. Ремонт моста — подряд около двух тысяч, откат — триста двадцать. Шестнадцать — чуть больше, но порядок тот же.