Александр… нет, к нему никаких чувств у меня нет! Но парнишку все же жалко…
Тетя Анфия…
Настя…
Аглашка…
Я осторожно коснулся рукой щеки моей скоморошки. Теплая… Мягкая… Аглашка сопела, как и все остальные, как человек, который просто спит.
Спит и не просыпается.
— М! Мммм!!!
Рядом извивалась Клава, обмотанная веревками, как батон колбасы «Вязанка» и явно этим обстоятельством недовольная. А может, тем, что рот ей заткнули какой-то тряпкой.
Я потянулся к поясу за ножом… а, его ж сразу отняли… Мурин протянул мне свой. Пара взмахов — и Клава свободна.
— А… тьфу… тьфу! Тьфу!!! — она яростно отплевалась, потом вскочила на ноги, явно настроенная мстить и карать… И остановилась. Обвела взглядом церковь, заваленную мертвыми телами. Мда, как-то нехорошо получилось… Навряд ли в церкви можно убивать… или только кровь проливать нельзя? Эти церковные правила — они такие… такие непонятные…
— Они все — мертвые? — Клава, наконец, окончательно отплевалась и сформулировала вопрос.
— Да.
— Жаль. Я б тому, что меня связал… — кровожадно оскалилась моя пухляшка. И тут ойкнула, взглянув на спящих, — Их же будить надо!
— Сейчас разбудим, — солидно ответил я, прямо как настоящий боярин. Наверное.
Клава повернулась ко мне огромными, чуть испуганными глазами:
— Викешенька, ты не понимаешь! Они же Повелением усыплены!
* * *
Повеление, по своей сути — приказ, который нельзя не выполнить. Как особый мамин голос в одной из прочитанных мною в интернете книжек, помеси Простоквашино и Лавкрафта: «Когда таким голосом говорят «иди спать» — то спать укладывается весь дом, низколетящие птицы и проходящий мимо милицейский патруль». Но, как и любой приказ — оно не навечно. Потому что нет в этом мире ничего вечного. И выполняться он будет ровно столько же, сколько выполнял бы тот же самый приказ, только без Повеления, замотивированный по самые глаза обычный человек. А обычный человек не будет спать вечно, рано или поздно он проснется. Так что через сутки примерно мои девочки и так бы проснулись. Только нет их у нас, суток этих. Надо их сейчас будить. Только не проснутся они. Потому что сон под Повелением — все же необычный сон.
Нужно, чтобы кто-то Повелел им проснуться.
Я задумчиво посмотрел на связанную боярыню… Так. Стоп.
Развязывать ее — несколько рискованно. Тут рядом как минимум два человека, которым она может успеть что-то Повелеть. А я боярин еще молодой и как защитить своих людей от чужого Повеления…
Вот я болван.
Я же — сам боярин! И сам могу приказать им проснуться!
Правда, не знаю, как… Но могу же!
— Проснитесь! — гаркнул я. Даже Клава подпрыгнула от неожиданности.