— Будешь плохо себя вести, по всему городу придется разнести! Как боярыня попалась, да до слез наказалась!
— Нет у меня никаких слез!
— И поверят не ей, а рассказчику сплетней! Разнесут по городу как сор, наведут на ее седины позор!
— Нет у меня никаких седин!
Это взбесило боярыню чуть ли не больше, чем порка. Нет, здесь воспитание не поможет… Да и фантазия на петрушечьи речевки у меня начала заканчиваться.
Пора валить. Да не боярыню! А отсюда! Ее валить я ни в одном смысле этого слова не хочу.
Я выплюнул пищик в ладонь и, шлепнув по силуэту ладони, рванул по коридору. К тому моменту, когда разъяренный ураган по имени Марфа вырвется на волю, мне уже нужно быть в своей комнатке.
* * *
Всё же Морозова сделала выводы из прошлой истории. И вместо того, чтобы голышом орать "Все ко мне!" — она добралась до своих покоев, переоделась и только потом Дом шатнуло от ее крика. Откуда я это знаю? Ну, крик, положим, слышали все. А про ее ночное путешествие по коридорам в сарафане а-ля топик — от ее самой. Клава, в бытность свою дочкой князя, частенько подслушивала разговоры отца с помощью Длинного Слова. И меня ему научила. Правда, покои боярыни от меня все же далеко, и слышно плохо, но основную суть их разговора с сыном я уловил.
* * *
— …если хоть одна сплетня из терема в город опять уйдет — всем языки поотрезаю!
— Мама, ты сама так закричала, что все проснулись!
— Когда тебя выпорют с издевательскими приговорочками — я посмотрю, как ты будешь кричать! Хорошо хоть, одумалась, никому не сказала, что в дом опять проникли. А то снова понеслось бы: "Боярыню опять опозорили! Морозовы ничего сделать не могут!" Не дай бог до других родов дойдет!
— Да кто это такой?! Впрямь, что ли, кто-то деревянную куклу оживил?
— Сказок наслушался?! Говорил он как Петрушка, но за задницу меня лапали вполне человеческие руки! Это тот самый черномазый, что в прошлый раз…
Боярыня осеклась, не став уточнять, за что ее лапали в прошлый раз.
— Бес? — судя по всему, Морозов-средний ходил из угла в угол, как тигр в клетке.
— Лора говорила — человек. И пропала потом… Кто это такой?! Кто против нас?! Кто?! Не Милославский, не Дашков, не Телятевский, не Ромодановский, не Одевские… Старый Татев что-то задумал? Шеины опять мутят воду? Волчары Курицыных? Кто?
Больше всего, судя по всему Марфу бесило полнейшее непонимание происходящего. Ей же и в голову не могло прийти, что это не хитрозакрученная интрига, а метания одного-единственного меня.
— Может, кто-то Источник нашел? Только поумнее Осетровских оказался, — продолжала ломать голову Марфа. Так-то ее, как боярыню, по имени-отчеству надо бы, да и по возрасту она старше меня в три раза, но, после всего, что между нами было…