Баммм!..

Не знаю во вспышке адреналина, какой был звук на самом деле. Мне показалось — грянул вечевой колокол. И отдача в руку была такой, что чуть не вывихнул плечо. Бил со всей силы.

Шантажист уронил голову на стол, стал сползать на пол. Анна Петровна метнулась, успела подхватить тело, без шума уложить его на пол. Одно короткое движенье — и в руках у нее длинное полотенце. Еще секунда — и она ловко скрутила его в жгут.

— Держи!

Я отставил помятый самовар, схватил один конец жгута. Хозяйка мигом обернула его вокруг шеи поверженного.

— Тяни!

И мы с силой дернули концы жгута в разные стороны.

Что-то негромко хрустнуло. Тело припадочно дернулось — и тут же обмякло. Все!

— Ф-фу… — облегченно выдохнула Зотова. — Ну, молодец, Егор! Как догадался?

— Так вы же мне знаки подавали. Словами.

— Вес верно. Подавала. Значит, поняли друг друга… Это хорошо. Ну, теперь давай это стерво в погреб, пусть там как в морге будет.

— А потом?

— Мои заботы. Давай!

И мы не без труда сволокли труп в подпол. Зоя светила керосинкой.

Внизу и в самом деле было как в холодильнике, а кроме того я заметил, что подпол — это, собственно, не подпол, а целый тоннель, уходящий в непроглядную тьму.

— У вас тут прямо метро какое-то, — сказал я.

— Ну а как же, — отдуваясь, пробормотала хозяйка. — Пути отхода должны быть предусмотрены… Вообще, запомни: квартира нелегала должна быть не выше второго этажа, и желательно несколько выходов.

— Разумно, — согласился я.

Поднялись, закрыли погреб. Осмотрели самовар. Здоровая вмятина.

— Главное, чтобы не протекал, — заметила хозяйка. — Давайте его на место.

— А чай? — напомнил я.

— А чай из чайника.

И мы попили чай. Конечно, нервное перенапряжение сказывалось. Я заметил, как подрагивают руки у хозяйки. И лицо озабоченное — видно про себя выстраивала будущие комбинации.

Вечер пролетел быстро, легли спать. Женщины на кровати — в тесноте, да не в обиде; я улегся на полу. Спал нормальным, здоровым сном, но посреди ночи проснулся от каких-то всхлипываний и бормотаний.

Оказалось, ранимая девичья душа содрогалась от близости покойника. Мистика неистребима.

— Тетя Аня, — хныкала Зоя, — я как подумаю, что он там лежит, у меня аж волосы на голове шевелятся…

— Шевелится у нее, — ворчала зря разбуженная Анна Петровна, — а ты не думай. Спи давай! И мне дай спать.

— Страшно…

— Чего страшного? Вылезет, что ли, мертвец из подвала?

— Ой, тетя, не говори так! Я глаза открыть боюсь…

Слышно было, как хозяйка борется со смехом:

— Ну, будет, будет! Вот дурочка… Я же с тобой. Вот так. Давай обниму… Все, давай спать, мне же утром на службу.