— Вот же мразь… — выдыхает Катя. — Газлайтер чертов. Психопат.
Она вскакивает, начинает мерить шагами крошечную кухню.
— Так, стоп. Давай по порядку. Эмоции потом. Сейчас надо включить мозг, иначе этот танк тебя реально переедет.
Она останавливается напротив меня и смотрит в упор.
— У меня вопрос, Лен. Один, но очень важный.
— Какой? — Почему все так сложно?
Я непонимающе смотрю на нее.
— В смысле?
— Ну смотри, — Катя загибает палец. — Кто-то тебе позвонил. Неизвестный. Он знал, где ты. Знал, где Артур. Знал, чем именно в этот момент они будут заняты. Так?
Я киваю.
— Так вот. Зачем он погнал тебя туда лично?
— Чтобы я увидела…
— Да понятно, что увидела! — перебивает она. — Но зачем рисковать? Ты могла застрять в пробке. Могла не поехать. Могла приехать, когда они уже оделись. Почему этот «доброжелатель» просто не прислал тебе фото? Или видео? Сейчас у каждого утюга камера есть. Скинул бы компромат в вотсап — и дело с концом. Эффект тот же, а мороки меньше.
Я замираю.
Действительно.
Я об этом даже не думала.
Меня так накрыло болью, что логика отключилась.
А ведь правда. Этот голос… Он не просто сообщил факт. Он играл со мной.
«Как тебе представление?».
— А тебя именно дернули, — продолжает рассуждать Катя. — Тебя заставили увидеть это вживую. Чтобы тебя вывернуло наизнанку прямо там. Ее глаза сверкают. — Тот, кто звонил, не просто хотел слить компромат. Он хотел сделать тебе больно. Максимально больно. Или… Она задумывается. — Или он хотел, чтобы ты устроила скандал именно там. Публично. При гостях. Возможно, при прессе.
У меня холодок бежит по спине.
— Ты думаешь… меня использовали?
— Я думаю, тебя разыграли как карту, Лен. Возможно, кто-то очень хотел уничтожить репутацию Громова твоими руками. Лен, у тебя есть мысли, кто это мог быть? Чей голос?
Я тру виски, пытаясь вспомнить. Но такое ощущение, будто я его слышала впервые.
— Не знаю, Кать. Понятия не имею.
— Может, знаешь кто его ненавидит? У кого на него зуб? — не сдается подруга.
— Да у половины города! — качаю я головой. — Ты же знаешь Артура. Он идет по головам. Начиная с тех времен, когда он на ринге лица ломал, и заканчивая нынешними конкурентами. Половина города мечтает его утопить. Может, кто-то из старых соперников. Может, кому-то он в бизнесе дорогу перешел. Я не лезла в его дела, ты же знаешь.
Я машу рукой.
— Да и какая разница, Кать?
— В смысле — какая? — возмущается подруга. — Тобой манипулировали!
— Плевать, — шепчу я. — Пусть хоть сам дьявол звонил. Это не отменяет главного. Артур предал меня. Он спал с ней. Он угрожал мне сыном. Какая мне разница, кто именно открыл мне на это глаза? Факт остается фактом. Моей семьи больше нет.