Я молча разжимаю трясущиеся пальцы.
Катя берет флешку. Вставляет в порт.
На экране появляется единственная папка. Единственный видеофайл.
Мои руки трясутся мелкой неконтролируемой дрожью. Сердце ухает куда-то в желудок, к горлу подкатывает едкая тошнота.
Катя дважды кликает мышкой.
Мой мир рушится окончательно.
С динамиков доносится звук. Смех. А потом ее стоны.
Громкие. Грязные. Бесстыдные.
Я с силой зажимаю рот обеими руками, чтобы не закричать в голос и не разбудить сына. Слезы брызжут из глаз. Мне физически плохо, меня мутит. Каждый кадр — это удар хлыстом.
Картинка на экране унизительная. Марго видно идеально — каждый изгиб ее тела, каждое движение, залитое светом. Артур же показан фрагменатми: его напряженная спина, затылок, плечо.
— Выключи… — мычу я сквозь пальцы, захлебываясь слезами. — Катя, умоляю, останови это!
Катя бьет по пробелу. Видео замирает на стоп-кадре.
Подруга не смотрит на меня. Она напряженно, с прищуром вглядывается в экран. Ее лицо становится пепельно-серым.
— Лен. Посмотри на это.
— Я не хочу!
— Да посмотри ты на экран! — жестко, с нажимом приказывает Катя.
Она перематывает запись на минуту назад и включает воспроизведение без звука.
— Смотри на Артура.
Я заставляю себя открыть опухшие, полные слез глаза.
— Он почти не двигается, — бормочет Катя, водя пальцем по монитору. — Его реакция… она заторможенная. Как кисель. Он заваливается на нее всем весом. А теперь смотри на Марго.
Катя делает паузу, перематывает и снова включает.
— Вот! И вот тут! Она будто специально подставляет кадр под нужный угол.
Катя снова включает звук.
— А звук? Слышишь? — стоны Марго вдруг странно обрываются на долю секунды и продолжаются с другой интонацией. — Такое ощущение, будто что-то не то.
Меня накрывает бешеный когнитивный диссонанс. Боль от измены сливается с дикой, жгучей яростью.
— Ты тоже теперь за него?! — срываюсь я на хриплый крик, вскакивая со стула. — Тоже будешь говорить, что это не то, чем кажется? Он трахал ее и этого достаточно!
— Я не оправдываю его! — Катя вскакивает следом и хватает меня за трясущиеся плечи. — Я за тебя, Ленка, всей душой за тебя. Но в этом видео реально что-то очень сильно не так. А что если тебя используют?
Она отпускает меня, тяжело дыша, и смотрит на серебристый ноутбук. В ее глазах вспыхивает отчаянная решимость.
— У меня есть идея.
Она выдергивает флешку из разъема.
— Может, показать это видео твоему брату? Дима явно в этом разбирается получше нас обеих. Пусть проверит видео.
— Да зачем?! Что он такого там может найти?
— Например… монтаж.
— Нет! Ты в своем уме?! — я в ужасе отшатываюсь от ноутбука, словно это ядовитая змея. — Катя, это мой родной брат! Как ты себе это представляешь? «Привет, Димочка, посмотри, как мой муж трахает свою секретаршу»?! Я сгорю со стыда!