Выйдя из массивных дверей Центрального Банка, я не стала сразу садиться в карету. Вместо этого я сделала глубокий вдох, подставив лицо ласковому полуденному солнцу, и жестом приказала Бруно следовать за мной пешком.
Мы направились в сторону центрального столичного рынка. На Земле я привыкла проводить аудит рынков по сухим отчетам аналитиков, но здесь мне требовалось личное, глубокое погружение в среду. Шум огромной толпы нарастал с каждым шагом, обрушиваясь на меня волнами звенящих выкриков зазывал, грохотом телег и криками портовых грузчиков.
И именно здесь, посреди этой пестрой, бурлящей человеческой массы, меня внезапно накрыло странное, непривычное ощущение абсолютного спокойствия. Я остановилась посреди мостовой, глядя, как мимо меня проплывают люди с яркими заграничными тканями и бродячие фокусники, пускающие из пальцев мелкие фиолетовые искры магии.
В этот миг ко мне пришло окончательное, бесповоротное осознание: я в другом мире. Тот сумасшедший земной ритм, бесконечные суды, предательство партнеров и холодный асфальт подземной парковки — всё это осталось там, за непреодолимой гранью вселенной. Я больше не Виктория Рейн, пытающаяся удержать кресло председателя в стальном мегаполисе. Я — Кира Шерридан. И эта новая, удивительная реальность с её магическими рунами и непаханым полем для коммерции теперь принадлежит мне. От этой мысли в груди разлилось приятное, пьянящее тепло. Паника отступила, уступив место ледяной уверенности стратега. Я дома. И я построю здесь свою собственную бьюти-империю.
Экстренная ночная эвакуация прошла без сучка и задоринки благодаря «коридору», который Дамиан и его Тени организовали для моей наемной кареты. В загородный особняк мы с капитаном Бруно заехали за пару часов до рассвета, когда лавандовые холмы еще спали под одеялом густого сизого тумана.
Времени на полноценный отдых у меня не было. Мой внутренний кризис-менеджер уже запустил протокол маскировки активов. Капитан Бруно лично спустился в казематы и проверил, надежно ли заперт бывший управляющий Клер. Предателю заткнули рот чистой ветошью и пригрозили, что при попытке издать хоть один звук в его камеру случайно сорвется боевое рунное плетение. Мастер Томас на заводе получил четкий приказ: на один день сбавить обороты печей, спрятать новые изящные фиолетовые флаконы в дальние склады Шерридан и изображать привычную провинциальную разруху.
Сама же я безжалостно смыла с лица остатки бодрящих тоников, заставила Марту накрутить мне нелепые, слишком пышные локоны и надела душное, розовое платье с избытком кружев, которое настоящая Кира носила в период своего безвольного лавандового транса.