Завтра будет новый день. Я встану рано, приготовлю завтрак. Дети будут счастливы. Я сделаю всё, чтобы они улыбались.
Я просыпаюсь от того, что за окном чирикают птицы. Солнце уже высоко, первые лучи проникают сквозь занавески и падают на кровать. Я открываю глаза и несколько секунд не понимаю, где я. Потом всё возвращается — новый дом, новый город, новая жизнь.
Встав с кровати, быстро переодеваюсь, умываюсь и иду на кухню. Начинаю суетиться: достаю яйца, масло, молоко, ищу муку. У меня всё есть для блинчиков, которые любят дети. На плите шипит сковорода, запах подрумяненного теста разносится по дому.
Накрываю стол на террасе. Белая скатерть, тарелки с блинчиками, варенье, масло, чайник с чаем. Пока ещё трудно привыкнуть, что это всё меня окружает, что это, как сказал Алихан, - моё. Я ощущаю себя самозванкой, человеком, проживающим не свою жизнь, а иногда мне кажется, что всё это - сон.
Войдя в дом, иду проверять детей. Обычно в это время они уже просыпаются, но если нет, то дам им ещё время. Эту ночь они спали без задних ног - так вымотались не только из-за дороги, но и новых, ярких впечатлений.
Подойдя к двери, прислушиваюсь к звукам. Шуршат одеяла, слышны детские голоса и шушуканье.
— Арман, пахнет блинчиками, — говорит Омар.
— Даа, — повторяет брат.
Как только я толкаю дверь, Омар вскакивает мгновенно и садится на кровати.
— Мама! — радуется он и тянет ко мне руки. — Ты блинчики приготовила?
— Да. И накрыла на улице. Погода сегодня такая классная, — отвечаю я, целуя сына, пока он обнимает меня и прижимается щекой к животу.
Затем я сажусь на кровать Армана, глажу его по голове, прикасаюсь губами к щеке и поглаживаю ногу, которую пока ему нельзя нагружать.
— Как ты себя чувствуешь, балам? — спрашиваю сына.
— Хорошо. У меня ничего не болит, — торжественно заявляет он.
— Слава Аллаху! — выдыхаю, приложив руку к груди. — Пойдёмте скорее завтракать.
Омар уже натягивает шорты и футболку, потом помогает мне с Арманом. Я осторожно поднимаю его на руки и отношу к столу. Арман обнимает меня за шею, прижимается.
Я сажаю его на стул, рядом уже вертится Омар. Мы сидим на террасе, ветерок колышет листву деревьев, где-то щебечут птицы, солнце ласково греет. Я наливаю чай в кружки, ставлю перед детьми тарелки с блинами. Они уплетают за обе щёки, и я смотрю на них и чувствую, как в груди разрастается робкая радость.
Звонок мобильного, доносящийся из открытого окна кухни, разрывает утреннюю идиллию. Я оставляю детей и захожу в дом, беру телефон. На дисплее высвечивается имя Алихана. Волнение заставляет сердце замедлиться, сделать вдох-выдох и нажать на кнопку.