— Мрийта горит! — заорали десятки глоток.
— Гвен! — яростный рев Бера. — Держись!
Десяток летучих мышей попытались разодрать когтями сеть, но их сбивали огненные стрелы магических искр.
— Не надо, Кимор! — закричала я, не поворачиваясь. — Я цела!
Я не чувствовала боли от бьющей искрами решетки — защищала бронированная туника.
Я в ужасе не могла оторвать от изменившегося лица бывшего куратора.
Оно дергалось, покрывалось серой чешуйчатой кожей, как у змеи, челюсти вытягивались вперед, обзаводились огромными клыками и темно-серыми костяными наростами. Натуральная морда!
— Это хо-р-рошо, что цела, — прорычало чудовище, которым становился Риайн. — Ты мне нужна живой! Ты будешь до-о-олго умир-р-р-ать, кр-р-расотка Гвен!
Он подходил уже не спеша. Не обращая внимания на крики за окном, на вой сигнализации, на шум из гостиной и ворвавшихся в спальню ректора и деканов.
Его тело удлиннялось, ноги и руки увеличивались, обзаводясь стальными кинжалами когтей. Одежда трещала по швам. На сгорбившейся спине вырос, прорвав куртку в клочья, и взметнулся черный гребень шипов.
— Риайн, стой! — рычал позади его ректор, но даже ловчую магическую сеть не развернул, хотя держал ее в руках.
Ему вторили деканы:
— Приди в себя! Возьми себя в руки, Риайн! Ты сейчас окончательно превратишься. Подумай об отце! Обуздай зверя!
— Пр-р-рочь! Эта девка моя!
Тхетам запрещено полностью проявлять зверя. Но этот… В нем не оставалось уже ничего человеческого!
Длинный шипастый хвост ударил по кровати, разбив ее в щепу. Снес ректора с деканами, едва успевших выставить щиты. Удивительно, мэтры лишь защищались, но никак не пытались остановить зверя.
Не могли? Боялись не за меня, а за него?
Еще бы, он же наследник государя.
Понятно, почему он знает потайной ход в любимые апартаменты императора. Самый удобный способ общения для отца с сыном, чтобы не раскрыть инкогнито. Риайн так легко открыл этот ход. Бесшумно.
— Риайн, остановись! — беспомощно рокотал ректор. — Я вызвал твоего отца. Вернись к нам!
И выбор главным оборотнем академии именно этих покоев для меня тоже ясен.
Тайная награда принцу, побитому Ареном и обиженному прилюдным выговором. Принцу положили на блюдечко свободную девушку для свободной охоты. Чтобы папе не нажаловался.
— Держи зверя, Риайн! — вторил один из деканов. — Сейчас слишком много свидетелей. Если ты не остановишься, уже не утаить. Твое будущее под угрозой. Вернись немедленно, и все обойдется.
— Девчонка никуда не денется, обещаем! Но нам придется устранить ее, если ты не послушаешься! — перешел к угрозам второй декан.