Плевки лавы тоже ни разу не попали в тхета. Зато камень щита раскалился, а кулак монстра проминал препятствие.
Наконец настал миг, когда чудище, ударив, проломило щит, пролетело вперед по инерции, и его лапа застряла в трещине вместе с головой.
Не теряя ни доли мига, развернулась магическая ловчая сеть. Липкая, прочнее эвинского шелка. Арен, медведь и наг оплели монстра и направили на него жезлы, закрепляя результат.
Гаргуйль задергался, расширяя пролом, и доломал щит. Попытался раскрыть крылья, но уже не смог, и оглашал окрестности диким ревом исполина так, что скала начала складываться.
Волки, тигр и демон рванули вперед, спасая каждый свою ношу.
Кимор летел первым, но остальные оборотни не успевали!
И тогда случилось кошмарное.
Арен оглянулся, понял, что его друзья через миг погибнут под обвалом и, бросив почти поверженного врага… превратился в еще худшего монстра!
Глава 63
Невероятно огромный черный дракон, воскресший из мифов, взмахнул крыльями, сгреб нас, как будто воздушным арканом, и вынес из рушащейся пещеры.
Забытый наг успел обвиться змеей вокруг его хвоста, а демон — вцепиться в нага, чтобы нас не отнесло под обвал ветром от драконьих крыльев, как мошку.
Скала обвалилась позади, подняв до небес столб пыли и осколков. Мы пережили это землетрясение на соседней горе, укрытые от каменного дождя мощными крыльями дракона.
Когда камни закончились и небо очистилось, дракон сложил иссеченные в лохмотья крылья, и стало понятно, что день уже в разгаре: солнце стояло почти в зените.
— У тебя свои крылья есть, а ты меня едва пополам не порвал, демонище проклятый! — ворчал Мершас на Кимора.
— Прости. Думал, что это спасительный канат…
— Канат? Удавлю! — Но сил на дружескую потасовку ни у кого уже не было.
— У меня теперь навсегда комплекс неполноценности останется, — вздохнул Бер, самый мощный и высокий из семерки, глядя на очертания черного дракона.
Крылатая громада впечатляла. До жути.
Шкура была такой черной, что он весь выглядел, не как живое существо, а как бездна, как провал в мироздании, неуместный в этом мире.
Я боялась на него смотреть, но он притягивал взгляд. Все взгляды.
Даже в пустых глазах сошедших с ума сестер Лан и Джу появлялось что-то живое. Недоумение. Попытка понять.
— Господин, — с ужасом прошептала Лан. — Ты вернулся? Ты теперь… такой?
Ящер, застывший, как изваяние, не повернул головы.
— Я́ теперь твой господин, рыбка, — напомнил ей Ворг и бережно погладил ее по голове.
Лан покорно склонилась. Черный волк вздохнул. А Джу, вздрогнув, посмотрела на него, перевела взгляд на Олафа, державшего ее за руку, и недоуменно нахмурила брови.