— Скажи, Загадка, что может связывать тебя, тень из клана Юй, и чистокровную суккубу?
— Что? Какую суккубу?
Он резко остановился, и я уткнулась носом в плечо тхета. Перехватив меня за талию, он заглянул в мои глаза.
— Как какую? Разве я не говорил, что Огонёк была суккубой? А чистокровные демоницы не умеютдружить с женщинами. За те два месяца, пока она жила в семерке, я в этом убедился. Или вы с Уинной были не просто лучшими подругами, а… более близкими?
Я облизнула пересохшие губы, спровоцировав пристальный взгляд на них.
— Нет, конечно, нет. Я… ошиблась. Если она демоница, то ваш Огонек не могла быть той, кого я ищу. И ваша находка мне ничего не скажет.
— Жаль. Твоя подруга тоже из Юй? И она рыжая?
Помедлив, я кивнула. Арен провел кончиками пальцев по моей щеке, положил ладонь на плечо и тихонько сжал.
— Тогда мне нечем тебе помочь, Загадка. В скалах, где мы нашли родовой артефакт суккубы, было слишком много ее крови и… других следов. Уинна мертва, сомнений нет. Она не сбежала. Ее похитили и убили за пределами Школы Тхет. А накануне из академии пропала еще одна мрийта, но там еще более странное исчезновение.
Сердце снова на миг замерло.
— Что может быть еще хуже? — спросила я пересохшими губами.
— Девушка, тоже рыжая, как и наш Огонек, пропала прямо из «Морилки», ночью. Из запертого отсека, где спали еще десятка полтора новеньких мрийт, только что заключивших договор. Никто ничего не видел. Она даже не дошла до семерки, куда ее распределили.
— Её… нашли?
— Я сам не видел. Тхетов не привлекали к поискам, даже крылатых. Всем занималась императорские дознаватели и стража. Но ректор точно искал ее, потому что, как потом пошли слухи, на самом деле она оказалась не той, за кого себя выдала, а дочерью Теневого клана Юй, и сама королева прислала требование о расследовании. Это вторая странность. Никогда еще обученные и инициированные девушки Юй не нанимались в мрийты. Уж не она ли — твоя подруга?
— Может быть… То есть, две рыжих девушки пропали одновременно? — уточнила я.
— С разницей в несколько часов. Теневичка ночью, а наша Уинна — утром.
— А тот нестабильный магистр из клана Пустынных львов не может быть причастен?
— Нет. Точно нет. У него алиби. Так что, похититель и убийца еще не найден. И сейчас всем мрийтам лучше держаться за свои проверенные семерки, а не прыгать по койкам в поисках лучшего самца.
Это прозвучало резко, как пощечина.
Я закусила губу, но тут же взяла себя в руки и улыбнулась. Мне дела нет, тхет, что ты обо мне думаешь и в чем подозреваешь. Я чиста, и ты об этом знаешь. И дал слово не трогать. Может, именно это тебя бесит? Что остальные шестьсот девяносто девять тхетов такого слова не давали?