Но, так или иначе, автомобиль шел к своему окончательному виду. Если не к концу февраля, то к концу марта точно он будет готов, так что на летнем конкурсе для армии будет, что показать. Капитан Секретев, командир учебной автомобильной роты, уже заглядывал и напоминал как о своем обещании составить протекцию, в меру своих возможностей, так и об обещании немца и американца предоставить, наконец, готовый автомобиль, а не набор «Лего».
Про «Лего», естественно, не капитан сказал, он выразился несколько иначе, это Руслан машинально подобрал подходящую ассоциацию. Точную дату изобретения «Лего» Лазаревич не помнил, но мог бы поклясться, что его еще не существует. Ибо наборы «Лего» в первую очередь — пластмасса, а с пластмассами в 1911 году туговато. Разве что эбонит да целлулоид, а из них кубики не получатся. А, может, и получатся, но бросаться в эксперименты Руслан не хотел. Пусть это «Лего» изобретает кто хочет, ему бы с автомобилями разобраться…
* * *
Все было спокойно и дома. Общение с Володей положительно сказывалось на Ане, она перестала носить чернушные платья и начала улыбаться. Правда, ее качнуло немного в другую сторону и она иногда начинала употреблять морские термины — хорошо хоть не морские ругательства, по крайней мере, не при родителях — и намекала, что хотела бы на лето матросский костюмчик. Но лучше уж сейлорфуку, чем готик-лолита.
Вот только…
После истории с попыткой самоубийства Ани Руслан понял, что оставлять своих девочек без внимания не стоит. И последнее время он начинал замечать в глазах Юли нехорошие признаки…
Как известно, девяносто процентов проблем в скандинавской мифологии начинаются с того, что Локи стало скучно.
Юля — не Локи, но ее скука, пусть еще не осознаваемая даже ею самой, опасна не менее.
Глава 16
С одной стороны, Юлю можно понять — постоянное ожидание в режиме стресса доведет до нервного истощения кого угодно. И тогда начнешь придумывать все, что угодно, лишь бы постоянно не думать: «Когда же, наконец, ну когда же!». И тут Руслан, как его не терзало сожаление, ничего не мог поделать — зависело здесь все не от него.
Первым звоночком юлиного напряжения стал новогодний «оливье»: жена никогда не стремилась к кулинарным экспериментам, ограничиваясь простыми супами, кашами, картошкой, лишь изредка выдавая что-то необычное. Например, на новогодний стол, отчего первый звоночек был пропущен. А вот последующее…
В начале февраля, на святого Трифона — Руслан уже мало-помалу привыкал к здешней манере именовать каждый день по святому… и ведь не забывали же, кто за кем и когда идет! — Юлю накрыло американской кухней. Как она сказала: «Хочется поесть чего-то родного, американского…». Чем, надо признать, изрядно напугала Руслана, который в первые несколько неприятных секунд решил, что его жена окончательно поехала крышей и теперь на полном серьезе считает себя американкой. Следующие несколько секунд Лазаревич боролся с не менее неприятной мыслью, что это он, американский иммигрант из Нью-Йорка, как говорят в США, «пошел за бананами» и считает себя пришельцем из будущего.