Что? Что за черт⁈
«…начертали: 'Отказать. Закупить аналогичные автомобили во Франции».
Перед глазами Лазаревича все поплыло. Он перестал понимать, что происходит.
«Отказать. Закупить аналогичные автомобили во Франции».
«Отказать. Закупить аналогичные автомобили во Франции».
«Отказать. Закупить аналогичные автомобили во Франции».
Да как это⁈ Испытания пройдены, сам же Николай обещал… да и какие аналогичные⁈ Во Франции нет джипов! Их в всем мире еще нет! Весь мировой запас джипов вон, под окном стоит!
Как так можно-то⁈ Вот так, в пять слов похерить напрочь все планы⁈ Плюнуть на собственное обе… Погоди-ка…
А ведь верно. Николай ничего не обещал. Поболтал, вежливо выслушал и сказал, мол, пишите, я приму решение. Вот оно — решение, идите, мол, со своими автомобилями лесом, мы во Франции закупим. То, что решение будет положительным, император не обещал. Как — слишком поздно — вспомнил Руслан, Николай не любил никому отказывать лично. Всегда вот такие кунштюки с заочным письменным отказом выкидывал.
И все равно — где логика⁈ Где?!!
— Ладно, — Руслан тяжело вздохнул, — Ладно, Петр Александрович. Черт с ними со всеми, мы свои автомобили и так продадим. Что-нибудь придумаем, верно… Петр Александрович!!!
Фрезе сидел в кресле, неловко завалившись на бок.
И не дышал.
Глава 44
Хоронить Петра Александровича Фрезе, изобретателя первого российского автомобиля, человека, безумно влюбленного в автотранспорт, умершего, как это часто бывало в истории России, неоцененным и забытым, будут по первому разряду. Руслан даже знал, что означает это выражение, но его это знание совершенно не радовало.
Автомобильные мастерские по завещанию переходили к старшему брату Петра Александровича — Александру Александровичу Фрезе, тому самому генералу от инфантерии и члену Государственного совета, о чьем существовании Руслан узнал совсем недавно, потому что между братьями были какие-то оставшиеся неизвестными трения. Дети Петра Фрезе к автомобилестроению никакой тяги не испытывали: старший сын, Александр, где-то в Новороссийске входил в члены правления завода, младший, Петр, хотя формально и был членом акционерного общества «Фрезе и Ко», и в молодости активно интересовался автомобилями, последние годы к увлечению отца охладел, служил в порту и занимался, как он мельком упомянул в разговоре, подводными взрывными работами. Бросать такое интересное дело ради смутных автомобильных перспектив он не собирался. Три дочери давным-давно повыскакивали замуж и становиться бизнес-ледями желанием не горели.
Генерал Фрезе, что бы там ни было между ним и Петром, смертью брата был искренне расстроен. Суровый мужик, лысый, как коленка, с белоснежно бородой и лихими усами вразлет, он был из тех генералов, про которых говорят, что их и в бане видно. Был у него только один недостаток — возраст, за семьдесят, то есть заниматься автомобилями у него желания тоже не было никакого. Он уже сказал Руслану, что мастерские, сразу как только завещание вступит в силу, будут проданы Русско-Балтийскому вагонному заводу. Который недавно начал выпускать автомобили и, возможно, заинтересуется новой конструкцией. А возможно — не заинтересуется. Генерал честно пообещал похлопотать за Руслана, чтобы того взяли на службу на РБВЗ и, в любом случае, выплатили полагающуюся сумму за разработку конструкции. От продажи самих мастерских Руслану, понятное дело, положен только шиш, впрочем он на них и не претендовал — наемный работник, даже не акционер — а вот за каждый проданный «Эклипс», Руслан получит ту же долю, что обещал покойный Фрезе.