Будущее становилось все более и более зыбким.
Глава 25
Перед Русланом лежал листок бумаги с планом того, что делать дальше.
Абсолютно чистый лист.
Не было у него в голове никаких планов.
Абсолютно.
Он покрутил в руках карандаш, толстенький, в темно-коричневой рубашке, с клеймом в виде скрещенных молоточков и надписью, свидетельствующей о том, что выпустил этот карандаш некто Иоганн Фабер, а марки этот самый карандаш… хм… «Космос». Интересно. До революции интересовались космосом? С одной стороны- Циолковский жил и работал именно до революции, с другой — надпись сделана латиницей, да и «Иоганн Фабер» как бы намекает, что карандаш импортный. А о том, чтобы за границей в начале двадцатого века интересовались космосом, Руслан не слышал. Надписи же на товаре обычно делают МОДНЫЕ: «нано…», «без ГМО» (даже на соли, в которой сложновато найти гены, чтобы их модифицировать)… В начале двадцатого века вроде бы в моде была радиация, а космос стал популярным только в пятидесятых-шестидесятых. Странная надпись…
Лазаревич поймал себя на том, что отвлекается на всякую ерунду, вместо того, чтобы построить план дальнейших действий. Хоть какой-то.
Нет, планы у него, разумеется, были. С вариантами, предполагающими возможные расхождения между планируемым и фактическим, и с подвариантами, на случай непредвиденных обстоятельств. Но все эти планы касались его самого и семьи, а сейчас Руслан ломал голову над тем, что же делать с грядущей войной.
Он подкинул Федорову конструкцию автомата. Подсунул Василию Менделееву концепцию танка. Ну и Пороховщикову еще, но тот в планы не входил, и в потенциальные танкостроители влез сам, резкий мальчик…
Автоматы и танки. И на этом — всё. Мало для того, чтобы выиграть войну, вам не кажется?
Нет, мысли у него были, чисто технического плана, конечно, но Руслан изначально рассчитывал только отдать военные идеи тем, кто сможет воплотить их в металл, а дальше умывал руки. Мол, я дал вам козыри, господа генералы, но играть вы должны самостоятельно. И если вы сбросите их по-глупому… Что ж, я сделал все что мог.
Мысли были. От колючей проволоки и спирали Бруно, до танков и штурмовых отрядов, от бомбардировщиков и от танков к противотанковым ружьям и гранатометам, до истребителей, и от истребителей до зениток… Руслан понимал, что ни одно оружие никогда не будет имбой ДОЛГО. Его моментально украдут, скопируют и обратят против тебя же. А так как промышленный потенциал Российской империи и империи Германской, мягко говоря, не сопоставим — то каждый козырь «танк» будет побит десятком таких же козырей. Поэтому он готовил цепочку козырей: вот вам танк! Ах, вы бьете его своими танками? Тогда ваши танки бьет наше противотанковое ружье!