«И все же, берегите себя, госпожа. Тхеты убивают полностью проявленных Зверей. А вы не умеете частично»…
Она права. Частичную трансформацию я так и не освоила. Если превращаюсь, то целиком и полностью, ничего человеческого не остается… кроме души и разума. Но и то, и другое — невидимо. Мне никто не поверит, что я полностью контролирую своего Зверя. А значит — убьют. Точнее, попытаются. Так я и дам себя убить, как же.
Лей случайно узнала мою тайну, когда я была еще ребенком. Королева не стала убивать свидетельницу, но заставила девочку принести кровную клятву и стать чем-то вроде моей тени. Тенью тени. Звучит как парадокс. Но это дало дополнительную силу и мне, и Лей.
Вот только… если меня все же убьют, моя телохранительница умрет в тот же миг. А если убьют ее, я лишь стану ненамного слабее.
Несправедливо.
Но кровь вспять не течет, забрать кровную клятву невозможно.
Крики за окном башни внезапно стали громче, и я, сев на подоконник, попыталась разглядеть, что там происходит.
Что ж. Если драки первого потока больше походили на избиение младенцев, то на втором вышли самые сильные участники, а борьба оказалась куда зрелищнее. Я даже пожалела, что почти всё пропустила.
Поле повсюду вспыхивали фейерверки заклинаний и диски отражающих щитов. Защитный купол искрил, поглощая силу атак.
Над центральной ареной искры защиты слились в сплошное сияние. Какая мощь! — восхитилась я. Интересно, что там за тхеты сошлись в поединке?
Сквозь яркое марево, от которого слезились глаза, невозможно было ничего разглядеть, кроме мечущихся теней.
–Гир-дин! Гир-дин! — грохнули по ушам крики тхетов.
— А-рен! А-рен! — перекрывая первую, неистовствовала вторая половина трибун.
Сияние вдруг погасло, и стало видно, как полутрансформированный крылатый монстр прижимает лапой к окровавленному песку человеческую фигуру.
И кто из них кто?
Если Арен не пользуется силой зверя, то это его придавили?
Сердце сжалось.
— Арен! — прошептала я.
И он словно услышал. Придавленное тело содрогнулось. Черная вспышка, и вот под лапой монстра остался лишь черный дымок, а наш вожак возник из ниоткуда в паре метров от полупревращенной морды соперника и тут же атаковал боевым заклинанием.
— Ар-рен! — взвыли трибуны. — Бей его!
Крылатый взревел, окончательно теряя разум. И трансформация завершилась.
Никогда не видела такой гордой, ослепительной красоты! Огромный золотой грифон ослепительно сиял, отражая крыльями и шкурой солнечные лучи и магические вспышки арены.
Могучие лапы львиного тела с кинжальными когтями, под шелковой шкурой бугрились мышцы хищника, густая грива непробиваемым панцирем окутывала мощную шею, а на хвосте ядовито алела кисточка. Вместо львиной пасти грифон обладал огромным крючковатым клювом, способным крошить скалы.