Мой читатель, скорее всего, уже находится в нетерпении — кто же он, этот таинственный господин Л.? Кто посетил Петербург? Американский президент?Абиссинский негус? Пресвитер Иоанн? Марсианский король? Нет!
Еще необычнее! Еще чудеснее!
Не далее, как вчера вечером я имел возможность встретиться с пришельцем из будущего. Да-да, вам не показалось — из будущего. Обычный, на первый взгляд, человек, русский, православный, такой же как и мы, но при этом до недавних пор живший через сто лет от нашего времени, в 2012 году.
Как же так получилось, как стали возможны путешествия во времени? Что ждет нас в грядущем? Какие удивительные открытия и изобретения? Об этом мы узнаем…'.
Леонид Андреевич Андронов, известный в столице предприниматель, сложил еще пахнущий типографской краской номер газеты и посмотрел на сына.
— Господин Л.?
— Может, это не наш…?
— Пришельцы во времени не ходят по Петербургу табуном. К тому же, чуть дальше говорится о том, что «таинственный гость» уже некоторое время прожил в столице, более того — намекается на то, что его уже знают. Нет, Юра, нет, не будем заниматься самоуспокоеним. Это наш Руслан Аркадьевич, по, пока непонятной мне причине, решил поведать urbi et orbi о том, что нас ждет в грядущем. Зачем? Мы мало ему платили?
— Он хотел остановить войну. Ту, которую называет Первой мировой.
Андронов-старший посмотрел на сына так, что тот невольно вспомнил детство и отцовские розги.
— Откуда ты это знаешь, и почему Я об этом слышу только сейчас?
— Он… как-то упоминал в разговоре…
— Юрий, что ты ему ответил?
— Ну… я решил…
— Решаю в нашем деле пока что я. А ты выполняешь мои распоряжения. И, как я вижу, проявляешь при это неуместную инициативу, которая может привести к огромным убыткам.
— Но если бы он остановил войну — все траты на сведения о будущем оказались бы напрасны!
— И ты… Что ты ему ответил?
— Что менять будущее мы не станем, а если он попытается в него вмешаться самостоятельно, то…
— То — что?
— В общем… я пригрозил его семье.
Андронов-старший глубоко вздохнул:
— Вас ЭТОМУ учат в охранке?
— Ну… да. Тому, что сотрудничество, основанное на материальном вознаграждении и некотором принуждении — наиболее плодотворно.
— Принуждении? Ты угрожал его семье! Даже тетерка, защищая цыплят, набросится на лису, а здесь — человек! Почему ты просто не согласился с ним?
— Но ведь если остановить войну…
— У тебя мания величия, сынок? Ни один человек не сможет остановить войну, даже если он знает будущее. Нужно было согласиться с ним, рассказать мне — и мы вместе придумали бы, как использовать его желание так, чтобы и волки были сыты и овцы целы. А пригрозив ему, ты перевел наши отношения из деловых — в недружественные. И теперь Лазаревич нашел другой способ остановить войну, а мы лишились его знаний, и можем только молиться, чтобы он не рассказал о нас с тобой!