— Ну вот видите: он все равно был обречен. Так почему бы не заработать немного денег на его смерти?
Руслан озадаченно посмотрел на собеседника:
— Вы что, ставки делали?
— Господь с вами, — Андронов весело рассмеялся, — Хотя мысль, конечно, интересная. Нет, — с обезоруживающим цинизмом произнес он, — мы просто нашли людей, готовых заплатить за то, что господин Распутин исчезнет со сцены. Могу признаться — одной этой небольшой операцией мы перекрыли все положенные вам платежи. Не считая того, что смогли получить и того, что еще получим от знания конъюнктуры.
— Вам не приходило в голову, что нельзя просто так убивать людей? — с трудом сдерживался Руслан.
— Почему просто так? За деньги.
— Вы теперь собираетесь валить за деньги всех встречных и поперечных⁈
— Нет, конечно. За обычного человека никто не заплатит большой суммы. А смерть человека, за которого такую сумму заплатят — влечет за собой повышенное внимание и очень серьезное расследование. Распутин был чуть ли не единственной возможностью получить большие деньги за простого мужика.
— Вы не подумали, что слишком сильно вмешались в ход истории?
— Подумали, — кивнул Андронов, — На общем ходе смерть какого-то старца влияния оказать не сможет, а мелкие частности уже неинтересны. Вы все равно их не помните.
— Ничего, что по мнению некоторых историков Распутин был человеком, способным остановить будущую войну?
Андронов спокойно посмотрел на разгорячившегося Руслана, откусил небольшой кусочек расстегая, прожевал, сделал глоток чаю…
— А зачем нам ее останавливать? — спросил он.
* * *
Руслан растерялся. Такого ответа он не ожидал. Зачем останавливать войну? Как зачем — да чтобы не было ее! Чтобы не было смертей, разрушений, крушения династий и государств — вот зачем!
Нет, бытовало мнение — и Руслан читал об этом, в прошлом будущем — что каждая война, помимо негативных последствий, несет и потенциал положительных изменений. Например, если отменить Крымскую войну 1855 года, то не всплывут проблемы армии и логистики, не будут проведены перевооружение и отмена двадцатипятилетней рекрутчины, не будут развиваться железные дороги, Пирогов не сможет создать полевую медицину, что приведет к потенциально большей смертности в будущих войнах, и так далее и тому подобное.
Но, по его мнению, смерти и разрушения были слишком большой платой за развитие прогресса. Да и непохоже, что Андронов и Ко беспокоятся о прогрессе…
— Чтобы ее не было, — произнес Руслан, наконец.
— А зачем нам чтобы ее не было? — посмотрел в глаза Руслана Андронов.
Вот на это Лазаревич не нашелся, что сказать.