Сажусь, кладу папку. Он заканчивает что-то печатать — нарочно тянет, я же вижу, заставляет меня ждать, проверяет, дёрнусь ли. Не дёргаюсь. Сижу, закинув ногу на ногу, и разглядываю его так же спокойно, как он той ночью разглядывал меня. Раз уж играем в каменных — поиграем.
Я разглядываю его руки на клавиатуре. Те самые. И тело, предательское, тут же подсовывает мне, что эти руки делали со мной, и где, и как, и мне приходится отвести взгляд к окну, чтоб не покраснеть опять.
Наконец он отрывается от экрана.
— «Совком». — Голос деловой, низкий. — Что вы поняли из вводных?
И начинается допрос.
Он гоняет меня жёстко, без скидок на «дочь партнёра» — наоборот, будто решил при первой возможности доказать, что я тут пустое место. Цифры, сроки, риски, подрядчики, кто кому должен и где зарыта собака в смете. Я отвечаю. Где не знаю — не вру, говорю «не знаю, выясню к вечеру». Где знаю — выкладываю чётко, и пару раз ловлю, как у него меняется лицо: не ждал. Думал, кукла кивнёт и поплывёт. А кукла грызла этот «Совком», потому что ей, кукле, надо было хоть чем-то забить голову, кроме него.
— Генподрядчик?
— «СтройАльянс». Работают с холдингом шесть лет. Два последних объекта сдали с просрочкой.
— Причина?
— Официально — поставки. Но у них за год дважды менялся прораб на объекте. Я бы смотрела туда, а не в накладные.
Он не хвалит. Только пальцы на секунду замирают над клавиатурой — и снова стучат.
— Срок сдачи нулевого цикла, — бросает он.
— Двадцать восьмое ноября по договору. По факту — сдвинется, у основного подрядчика сейчас кассовый разрыв, они тянут с закупкой арматуры.
— Откуда вы знаете про разрыв?
— Позвонила им. Сослались на поставщика, но интонация другая. Я бы проверила платёжную историю за квартал.
Пауза. Короткая. Он смотрит на меня — не так, как смотрел первые полчаса, сквозь прицел.
По-другому.
— Продолжайте, — говорит.
— Подрядчик по фундаменту завышает на пятнадцать процентов против рынка, — говорю я под конец. — Либо откат, либо они закладывают риск, которого нам не озвучили. Я бы запросила смету у двух других, для сравнения.
Он молчит секунду. Смотрит на меня, будто увидел впервые.
— Неплохо, — роняет сквозь зубы, как дорогое слово.
— Старалась, Константин Владимирович, — отвечаю сладко.
Что-то мелькает у него в глазах на «старалась». Он отводит взгляд первым — к монитору.
— Здесь, впрочем, ошибка. — Он разворачивает ко мне экран, тычет в строку. — Вы заложили НДС дважды. Вот в этой графе.
Я встаю, обхожу стол, наклоняюсь к монитору посмотреть. И только наклонившись, понимаю свою ошибку: он не отодвинулся. Ни на сантиметр. Я стою вплотную к его креслу, бедром почти касаясь его плеча, и от него тянет тем самым — дорогим парфюмом, а под ним живым, тёплым, мужским, тем самым запахом, которым я дышала всю ту ночь, уткнувшись ему в шею.