Я считала. Десять секунд. Двадцать. Тридцать.
Он стоял неподвижно, как всегда. Но по-другому. Обычно его неподвижность была рабочей. Внутри — радар, датчик, система: сканирует, считает, отслеживает. Сейчас, я видела, как это отключается. Медленно, по одному: радар — выкл. Датчик — выкл. Система — пауза. Не выкл. — пауза. Он не мог выключить совсем. Но — пауза. Почти на минуту.
Сорок секунд.
Его плечи чуть опустились. Напряжение, которое он нёс двадцать четыре часа в сутки, ослабло. На миллиметр. На секунду. Я видела и от этого миллиметра у меня перехватило дыхание.
Потому что это — доверие. Не слово, не жест. Физическое. Он расслабил плечи в моём присутствии. В десяти сантиметрах от меня. На сороковой секунде — отпустил.
Пятьдесят секунд.
— Свет, — сказал он. Тихо. Почти шёпотом.
— Что?
— Фонарь белый. А на асфальте — жёлтый. Вы правы. Не замечал.
— Это потому что вода преломляет спектр. Физика. Но выглядит, как магия.
— Магии не бывает.
— Бывает. Каждый дождь — магия. Вы просто не смотрели.
Шестьдесят секунд. Минута.
— Время, — сказала я.
Он не двинулся. Стоял. Смотрел на дождь. Плечи расслабленные. На миллиметр.
Пять секунд. Десять. Пятнадцать. Минута прошла. Он стоял.
Я не сказала «время вышло». Не сказала «можете вернуться к сканированию». Молчала. Стояла рядом в десяти сантиметрах, которые он выбрал, и молчала. И он молчал. И дождь шёл.
Две минуты. Три. Пять.
Пять минут Роман Дроздов стоял у окна и смотрел на дождь. Без цели. Без сканирования. Без угроз. Просто смотрел.
Пять минут — рекорд. Его личный.
Пять минут он был человеком. Который стоит у окна и просто смотрит на дождь.
Рядом со мной.
Он ушёл первым. Молча. Не сказал «спасибо», не сказал «достаточно». Просто ушёл. Его шаги по коридору, к кухне. Чайник. Вода. Две чашки.
Я стояла у окна. Одна. Десять сантиметров, которые только что были заполнены, — пустые. Воздух легче. Тоньше. Без него.
Дождь шёл. Фонари расплывались. Город — мокрый, размытый, живой.
Я прижала ладонь к стеклу. Холодное. Мокрое. С той стороны — мир, в который мне нельзя. С этой стороны — квартира, в которой мужчина заваривает чай и не улыбается.
Пять минут. Он смотрел на дождь. Рядом со мной. И его плечи опустились. На миллиметр. Мой миллиметр. Я его заработала: тремя неделями, семнадцатью портретами, лисой с кривым хвостом, цветком на его запястье, мизинцем на кухне, поцелуем в коридоре.
Миллиметр.
Достаточно. Пока достаточно.
Завтра нарисую этот дождь. Жёлтые фонари на чёрном. Кадмием по тёмной бумаге. И его силуэт. У окна. С опущенными плечами.
Самый красивый рисунок, который я сделаю.