Я не суеверная. Я упрямая. Что хуже.
Четырнадцатый. Его руки. Крупно. Костяшки, шрамы, вены.
Руки, которые не красивые. Но нужные. Мне. Здесь и сейчас.
Моя рука — на бумаге, его рука — на бумаге. Касаются.
Пока только на бумаге.
Глава 10. Две чашки
Роман
Неделя. Семь дней. Сто шестьдесят восемь часов. Десять тысяч восемьдесят минут.
Всё считаю. Привычка. Сколько раз она выходит из спальни (семь-восемь за день). Сколько чашек чая выпивает (четыре-пять, с молоком, с двумя ложками сахара — запомнил, не записывал, просто запомнил). Сколько раз разговаривает с лисой (бесчисленное количество; лиса, видимо, — её лучший друг, худший критик и единственный собеседник, кроме меня, а я — не собеседник, я — функция).
Сколько раз варю кофе на двоих.
Семь. Каждое утро. Две чашки. Её с молоком, с сахаром. Мой чёрный.
Первые три дня не задумывался. Руки делали сами. Кофемашина, две чашки, кнопка. Автоматика. Как чистка оружия, как проверка камер, как подъём в шесть.
На четвёртый задумался. Зачем? Это не входит в обязанности. Контракт: обеспечение безопасности, сопровождение, оценка угроз. Кофе не в контракте. Кофе — это лишнее.
На пятый продолжил. Потому что она выходила из спальни помятая, с краской на щеке и карандашом в волосах, и садилась за стол, и смотрела на чашку, и говорила «спасибо» так, как будто я делал ей не кофе, а давал кислород.
Кислород не входит в контракт.
Штык позвонил вчера. Отчёт по угрозе: номер одноразовый, не отследить. Голос не идентифицирован, низкие частоты могут быть искусственные, программа изменения. Профессионалы. Связь с Игорем косвенная: компания, которая обслуживает телефоны его офиса, зарегистрирована на тот же адрес, что и ларёк, где купили симку. Тонко. Не доказательство — нитка.
— Тянуть? — спросил Штык.
— Тянуть. Аккуратно.
— Ром, как она?
— Объект в безопасности.
— Я спросил «как она», а не «где объект».
— Одно и то же.
— Нет, Ром. Не одно и то же.
Повесил трубку. Штык хороший мужик. Единственный, кому доверяю. Но иногда он слишком много видит. Или я слишком мало прячу.
Утро. Восьмой день. Кофе. Две чашки.
Она вышла позже обычного — в двенадцать. Не спала — рисовала, я слышал кисточку до четырёх. Вышла мятая, в моей футболке (когда начала носить мои футболки? не заметил; она взяла из стирки, которую я оставил на сушилке; не комментировал; футболка — не объект безопасности).
Моя футболка на ней большая, почти до колен. Чёрная футболка и светлые волосы. Контраст. Не имеет значения. Контраст — не параметр безопасности.
Она села. Я поставил чашку. Она посмотрела.