— Яся.
Его матрас. Жёсткий. Мой мягче (отцовский, дорогой). Его жёсткий, тонкий. Армейский. Я лежала и мне было удобно. Потому что не матрас, потому что он рядом.
Его рука на моём животе. Тяжёлая. Тёплая. Пальцы чуть двигались машинально.
— Роман.
— Да.
— Завтра всё будет хорошо?
Молчание. Он не обещал. Не говорил «да, конечно, не волнуйся», потому что не знал, потому что он честный.
— Я буду рядом, — сказал он. — Полторы секунды.
Не «всё будет хорошо». «Я буду рядом.» Его версия «хорошо». Единственная, которой он верил.
— Этого достаточно, — сказала я.
— Точно?
— Точно.
Его рука на моём животе сжалась на секунду и разжалась.
— Яся, — сказал он.
— Что?
Пауза. Длинная. Та, в которой — борьба. Я знала эти паузы. За каждой слово, которое он не мог произнести. «Пожалуйста.» «Нравится.» «Красивая.» Слова, которые вылетали раньше, чем он разрешал.
— Ничего, — сказал он. — Спи.
Не сказал, то, что хотел. Не сейчас, может потом, может никогда, а может не словами.
Я повернулась. Уткнулась ему в грудь. Его подбородок на моей макушке. Его руки вокруг. Тесно. Жёстко. Тепло.
Я закрыла глаза. Слушала его сердце. Тяжёлое. Восемь ударов — нет. Быстрее. Десять. Двенадцать. Он не спал. Не успокоился. Лежал и считал. Минуты до утра. Шаги до ресторана. Секунды до полутора.
Считал и держал.
Я уснула в его руках. В ту ночь, впервые за все эти недели, мне ничего не снилось.
Ни отец. Ни Игорь. Ни пули. Ни кисточки.
Ничего.
Только тепло.
Глава 29. Наживка
Роман
Ресторан «Белуга». Центр. Улица Остоженка. Два зала, один основной, второй банкетный. Вход один. Запасной выход через кухню, во двор. Двор проходной, выход на Пречистенку. Маршрут эвакуации: основной зал → кухня → двор → Пречистенка → машина Штыка. Тридцать восемь секунд бегом. Проверил трижды. С секундомером.
Позиции. Я — основной зал, стол у стены, обзор прямой, расстояние до объекта четыре метра. Наушник. Запись с серьги, дубль с моего телефона. Штык у входа, гражданская одежда, без оружия (ресторан — рамка на входе). Двое из «Периметра» на улице, машины, радиосвязь.
Оружия нет. Рамка. Без пистолета. Впервые за три года без пистолета рядом с объектом. Ненавижу. Рук достаточно? Достаточно. Четыре метра. Две секунды. Если что — руки.
Игорь. Приглашение от Маргариты, через Катю (помощница, связь с Игорем — подтверждена, но используем: пусть передаст, пусть думает, что всё под его контролем). Текст: «Ярослава хочет обсудить наследство. Готова к компромиссу.» Компромисс — его слово. Он клюнет, потому что жадный. Потому что думает, что победил.
Яся — наживка. Слово, от которого скручивает. Наживка. Мой объект наживка. .Я согласился, потому что это было её решение. Потому что «моя жизнь». Потому что она права, и от этого только хуже.