Я рисовала или делала вид, что рисовала. Кисточка в руке, бумага на столе, вода в банке. Лиса смотрела с листа — новая, почти готовая, с хвостом, который наконец получился ровный, красивый. Роман сказал «кривой был лучше», я не согласилась, но может, он прав.
Роман сидел напротив. Молча. Ждал. Как всегда — ждал.
Маргарита приехала в четыре. С папкой. Толстой, серой, с закладками.
Я открыла. Маргарита вошла — строгая, в пальто, очки на кончике носа. Посмотрела на меня. Потом на Романа, потом снова на меня.
— Садись, — сказала она.
Села сама. На диван. Папку положила на колени.
Я села напротив. Роман — у стены. На своём месте. Их с Маргаритой разделял весь зал, и это было правильно: Марго — мой мир. Роман — мой мир. Но — разные миры.
— Яся, — Маргарита открыла папку. — Покушение на перекрёстке. Полиция провела экспертизу. BMW — угнанный, протёрт, без следов. Но — камеры. Не те, что на перекрёстке, — соседние. Улица Фрунзенская, дом четырнадцать. Частная камера, магазинь зафиксировала BMW за двадцать минут до покушения. Стоял. Ждал.
— Ждал нас?
— Вас. Знали маршрут, знали время, знали, что поедете к моему офису.
— Кто знал?
— Я назначила встречу за два дня. По телефону. Мой телефон — чистый. Твой — тоже, Роман проверял. Остаётся мой офис. Или кто-то из моих.
Маргарита сняла очки. Потёрла переносицу. Надела обратно. Жест, который я знала: «сейчас будет больно».
— Я проверила своих. Помощница Катя. Работает у меня три года. Чистая. Но до меня работала в юридической фирме «Красновы и партнёры». Фирма Игоря.
Тишина. Густая, как краска, которую не развели водой.
— Катя, — повторила я.
— Я не обвиняю. Пока, но связь есть и ещё. — Марго перевернула страницу. — Покушение. BMW. Угнан из автосалона на Варшавке. Автосалон принадлежит компании «Стройинвест-М». «Стройинвест-М» — дочерняя структура холдинга, совладелец которого — Краснов Игорь Сергеевич.
Она произнесла это спокойно, сухо, как зачитывала документ. Потому что Маргарита — юрист. Юристы не кричат. Юристы — зачитывают.
Краснов Игорь Сергеевич.
Дядя Игорь. Деточка. Орхидеи. Улыбка.
Я смотрела на папку. На закладки — жёлтые, красные. На буквы, которые расплывались... Нет. Не расплывались. Я не плакала. Не буду. Не сейчас, не перед Маргаритой, не перед папкой с закладками, в которой — моя жизнь, разложенная по пунктам: убийство, покушение, связь, дочерняя структура, совладелец.
— Это — достаточно? — спросила я. — Для полиции. Для ареста.
— Нет, — сказала Марго. — Косвенное. Связь есть, доказательств нет. Он аккуратный. Между ним и исполнителями три звена. Каждое чистое. Чтобы доказать нужно его признание или прямая связь.