Я хожу, потому что лежать в комнате без окон и смотреть в светящийся потолок я могу ровно столько, сколько нужно, чтобы окончательно не сойти с ума.
Мне разрешены определённые коридоры. Определённые отсеки. Никто не объяснял правил, я нашла их сама, методом столкновения с реальностью. Там, где стены становятся темнее и на них появляются узкие полосы красного цвета, значит, мне туда нельзя.
Это я поняла на второй день, когда завернула за угол и едва не столкнулась с патрульным в полной экипировке. Он посмотрел на меня так, что я развернулась и пошла обратно, не говоря ни слова.
Хард появляется редко.
Но когда появляется, я чувствую его раньше, чем вижу.
Это странно. Это сложно объяснить словами, которые звучали бы нормально. Просто кожа начинает остро реагировать. Какая-то тонкая вибрация, почти неуловимая, как инфразвук проходит через каждую клеточку.
Как будто воздух рядом с ним другой. Плотнее. Насыщеннее. Как будто он притягивает к себе пространство, и пространство не сопротивляется.
Я иду тоже. Против воли. Против логики.
Это меня пугает больше всего остального. Это новое для меня чувство.
Сегодня я нашла новый коридор.
Он был приоткрыт. Совсем чуть-чуть, едва заметная щель в стене, которая обычно выглядит монолитной. Я знаю, проходила мимо до этого дня.
Оттуда тянуло холодом и чем-то металлическим, острым, незнакомым. Я остановилась. Постояла. Мысленно перечислила все причины, по которым мне туда не надо.
Их было много. Хороших, весомых причин. Но… любопытство взяло вверх.
Я вошла.
Внутри темно. Не абсолютно, но достаточно, чтобы силуэты угадывались скорее интуитивно, чем визуально. Какие-то конструкции. Высокие, угловатые. Что-то похожее на ангар, только меньше. Вдоль стен стойки с оборудованием, которое я не могу опознать, но которое явно создано не для мирных целей. Угрожающего вида.
Я иду вперёд, потому что любопытство — это мой самый старый и самый опасный враг.
Я успеваю пройти, может, десять шагов.
— Стоять. – и несколько красных точек появляются у меня груди.
Голос резкий, словно удар. Я замираю. Сердце подпрыгивает к горлу, мгновенно, за секунду, без предупреждения.
Их двое. Они материализуются из темноты так, будто были её частью. Полная экипировка, закрытые шлемы, в руках оружие, которое направлено на меня с профессиональной точностью. Синие визоры. Холодные. Неживые.
— Идентификация, — говорит первый. Он не спрашивает, требует.
— Я… — Голос у меня предательски садится до шепота. — Я просто шла мимо…
— Эта зона закрыта. Как вы сюда попали?
— Дверь была открыта…
Молчание. Они переглядываются. Я не вижу лиц, но чувствую. Второй что-то говорит в коммуникатор, быстро, на языке, который я не понимаю. Первый делает шаг ко мне. Медленно. Намеренно медленно. Чтобы вселить больший страх, чем был до этого.