Слова бьют меня, как пощёчины. Легкие сжимаются с силой, выталкивая весь воздух их них. Я чувствую, как последние крохи самообладания рассыпаются в мелкую крошку. Вчерашние прикосновения Харда вдруг кажутся мне грязными, расчётливыми.
Он смотрел на меня так же? Как на очередной сосуд? Расчетливо, заинтересовано.
Вейран встаёт и протягивает мне руку. Голос снова становится заботливым, почти нежным:
— Позволь мне показать тебе настоящий дворец. Не парадную часть. Ты должна знать, куда попала. Чтобы не питать иллюзий насчёт своей «лучшей жизни».
Я беру его руку. Действую будто под гипнозом. Ноги едва держат меня.
Он ведёт меня не по светлым залам, а вниз, по узким, сырым коридорам, где воздух тяжёлый, спёртый, с гнилостным привкусом. Пол липкий. Стены покрыты тёмными разводами и старыми потёками.
Мы проходим мимо камер. За прозрачными стенами, девушки. Одна бьётся головой о пол, тихо и монотонно, изо рта идёт пена. Другая лежит неподвижно, подключённая к десятку трубок, её живот чудовищно вздут и натянут, как барабан. Третья сидит в углу и тихо воет, раскачиваясь из стороны в сторону, обхватив колени.
— Здесь те, кто уже не может вынашивать, — шепчет Вейран почти ласково. — Их держат для донорства тканей и других материалов. Лорд Хард считает, что даже отработанный материал должен служить династии.
Дальше становится хуже. Запах густой, сладковато-гнилой. В одной комнате я вижу женщину, которая лежит на полу и смотрит в потолок немигающим взглядом. Её кожа покрыта странными тёмными пятнами. Она едва дышит. Рядом тихо работает аппарат, который медленно качает что-то в её вены.
Я не могу забыть тот коридор.
Каждый раз, когда закрываю глаза, передо мной всплывают пустые взгляды, тихий вой и запах отчаяния, который въелся в кожу. Я моюсь по три раза в день, но он всё равно остаётся. Как и слова Вейрана, которые медленно, но, верно, отравляют всё внутри.
Прошло уже четыре дня.
Я живу в новой комнате. Светлой, просторной, с огромным окном, выходящим на сверкающие башни Зардака. На стене мерцает прозрачная панель, которая реагирует на каждое моё движение. Стоит мне подойти слишком близко к двери, как она мягко загорается красным и вежливый женский голос произносит: «Доступ ограничен. Пожалуйста, вернитесь в зону пребывания».
В углу стоит персональный робот-компаньон. Высокий, серебристый, с мягкими линиями. Он следит за мной постоянно. Корректирует осанку, напоминает о приёме пищи, измеряет пульс. Когда я пытаюсь не есть, -- он мягко, но настойчиво пододвигает тарелку ближе.
-- Ваше физическое состояние требует питания. Лорд Хард будет недоволен.