— Ты загадка, которую я не могу разгадать, — шепчет он. — И единственная, кого я не хочу ломать.
Я поднимаю руку и осторожно касаюсь его щеки. Он вздрагивает от этого простого жеста, будто никто никогда не прикасался к нему так. Не с нежностью. Не просто потому, что хочет быть ближе.
Корабль выходит из прыжка. Перед нами медленно разворачивается Элира. Планета, покрытая серебристо-зелёными лесами, сверкающая под лучами солнца.
Когда челнок садится и люк открывается, я ступаю на траву и замираю.
Воздух такой густой, влажный, живой. Он пахнет зеленью, мокрой землёй и сладкими цветами после дождя. Под ступнями мягкая, пружинящая трава. Здесь нет пыли. Ни единой рыжей крупинки. Только чистота, которая кажется почти невозможной.
Я стою посреди поляны и просто дышу. Глубоко. Жадно. Слёзы текут по щекам, но я не вытираю их.
Хард выходит следом. Без брони, только сенсор на запястье. Он выглядит моложе. Уязвимее. Настоящим.
— Здесь я родился, — говорит он тихо, глядя на светящийся лес. — Здесь я ещё помню, кем мог бы быть.
Мы проводим дни на Элире так, будто время здесь решило замедлиться специально для нас.
Утро начинается с мягкого, тёплого света одного-единственного солнца. Не холодного, величественного сияния Зардака, а настоящего, живого тепла, которое ложится на кожу и проникает внутрь. Скромный дом, почти дворец по меркам моей старой жизни, но смехотворно простой для лорда Зардака, стоит на краю светящегося леса. Белые колонны, покрытые тонкой серебристой патиной времени, поддерживают открытые арки. Стены почти отсутствуют. Вместо них широкие проёмы, через которые свободно гуляет ветер, принося сладковатый аромат бархатистых цветов.
Старые роботы, модели, которым, наверное, уже больше ста лет, путаются под ногами. Их корпуса покрыты налётом, движения чуть дёрганые, но глаза-сенсоры светятся почти по-человечески радостно.
Они будто соскучились по живым. Один из них, с потрёпанным номером на плече, постоянно пытается предложить мне плед или фрукты, хотя я уже трижды отказывалась. Второй старательно полирует и без того чистые вазы. Высокие, конусовидные, в которых стоят плетёные зелёные растения. Их листья медленно колышутся, источая тонкий, успокаивающий аромат.
Здесь нет холодных андроидов нового поколения. Нет ощущения, что за тобой наблюдают. Всё настоящее. Открытое. Тихое.
Я наслаждаюсь каждым мгновением. Не сопротивляюсь. Просто позволяю себе быть в этом моменте.
Сегодня мы гуляем по лесу. Я снимаю сандалии почти сразу, как только ступаем на тропу. Трава под босыми ступнями, такая прохладная, мягкая, живая. Каждый шаг вызывает у меня дрожь удовольствия.