Женская голова за рулём что-то рассказывает. Голос мелодичный, тёплый, обволакивающий. Ее слова текут одно за другим, и я уже не улавливаю смысла, только мелодию. Она оборачивается. Один раз. Потом снова, чуть позже. Каждый раз, быстрый взгляд на меня, проверяющий.
Я хочу кивнуть. Не уверена, получилось ли.
Комбинезон вибрирует на запястье. Резко, настойчиво. Я смотрю на свою руку, будто издалека, будто это не моя рука.
Параметры окружающей среды: кислород — понижен. Концентрация неизвестных токсинов — превышение нормы в три раза. Активация защитных пластин.
Я чувствую, как что-то сжимается на спине. Пластины, о которых говорит система, уплотняются, твердеют. Привычное ощущение, я чувствовала это раньше, когда было опасно.
Но потом почему-то живот?
Защитные пластины активируются и там. Я опускаю взгляд вниз. Медленно, тяжело и вижу, как комбинезон на животе становится плотнее, темнее, будто сама система решила, что там тоже нужна защита.
Почему именно там?
Вопрос проходит сквозь тёплый туман и не находит ответа.
Сколько прошло времени, я не знаю.
Замечаю только, что моргаю всё реже. Между морганиями, длинные тёплые паузы, в которых ничего не происходит, и мне это нравится. Хочется, чтобы пауза длилась дольше.
— Вот и приехали, — произносит женский голос прямо у моего уха. Слишком близко. — Здесь о тебе позаботятся, милая.
— Куда вы меня привезли? — Я слышу свой голос со стороны. Он звучит не так, как обычно. Язык заплетается, слова превращаются в мягкие, размытые звуки.
— Тебе тут понравится.
Этот голос другой, мужской. Ниже по интонации. Я понимаю, что это вторая голова. Мужская часть существа. Проснулась.
И тут же ко мне тянут руки.
Резкий, белый, бьющий прямо в закрытые веки свет. Я плыву где-то на границе сна и тяжёлой пустоты. Туман от трав ещё держит меня в своем плену, но уже не так плотно, как раньше. Сквозь него пробиваются звуки. Скрип. Шорох металла. Низкие, бормочущие, без интереса, голоса.
Я лежу на чём-то твёрдом и холодном. Боль в позвоночнике становится все сильнее.
Над головой круглые лампы. Огромные, ослепительно-белые, свисающие на тонких кабелях с потолка, который теряется где-то в темноте. Свет от них падает узким конусом только на меня, только на стол. Всё остальное вокруг тонет в полумраке, и в этом полумраке что-то плавно движется с чавкающими звуками.
Запах ударяет в нос при вдохе раньше, чем я успеваю понять, что происходит.
Гнилостный, сладковатый, с примесью химии и чего-то органического. Запах места, где много раз резали, чистили, выбрасывали то, что осталось. Под ним, другой слой, металлический, как ржавчина, смешанная с озоном. И ещё, что-то тошнотворно-приторное, как переспевший фрукт, который забыли выбросить вовремя.