Внутри что-то съёживается, но не сердце, а глубже. Будто все органы разом решают стать меньше, сворачиваются в один тугой, пульсирующий комок под диафрагмой. Дышать становится труднее. Я дышу коротко, по-птичьи, почти не впуская воздух в легкие. Потому что глубокий вдох причиняет адскую боль.
Впервые за очень долгое время мне по-настоящему страшно за свою жизнь.
Не абстрактно. Не «может быть». А вот так, конкретно, телесно, животное. Сдаваться я не умею. Не умела никогда. Но одно дело не сдаваться, когда знаешь противника. И совсем другое, когда враг уже внутри тебя, и ты не знаешь его имени.
Портал я нахожу почти случайно. Сворачиваю за угол, и он там. Серебристый овал, мерцающий холодным светом. Шагаю в него, не думая, куда попаду.
Земля исчезает.
Секунда невесомости и холодный пол бьёт по коленям. Я успеваю машинально выставить перед собой ладони, и это меня уберегает от удара.
Лёгкие сжимаются, отказывают. Зрение сужается до мутного пятна. Темнота по краям, только серое расплывчатое пространство впереди. Я стою на коленях и не могу встать. Просто не могу. Руки скользят по полу, не находят опоры.
Кто-то подходит, что-то говорит. Слова, но я не разбираю их. Язык распух, стал огромным, занимает весь рот. Я хочу ответить, но не выходит.
Потолок белый. От него щиплет глаза. Слишком яркий, после темноты в которой я была.
Это первое, что я вижу, когда сознание медленно и неохотно возвращается ко мне.
Белый потолок. Ровный свет. Никакого индиго, никакого багрового, от которого пульсировало в висках, просто белый, холодный, почти милосердный.
Я лежу.
Камера небольшая, но каждый её сантиметр работает. Прозрачные стенки по бокам светятся изнутри мягким голубоватым светом. По всему телу приклеены датчики. Тонкие, едва ощутимые, они прилипли к коже на висках, вдоль ключиц, на запястьях, по рёбрам. От каждого тянется тончайшая нить к общей панели над головой, и там разные цвета.
Десятки показателей, каждый светится своим оттенком.
Пульс — ровная зелёная линия, спокойная, почти убаюкивающая.
Давление — бледно-жёлтое, чуть выше нормы.
Нейронная активность — синяя, пульсирующая, с редкими тёмными всплесками.
Что-то тревожно-оранжевое у левого края панели, я не знаю, что именно, и почему-то не хочу знать.
Одежда на мне другая. Лёгкая, почти невесомая. Несколько широких полосок плотной ткани, охватывающих тело так, чтобы датчики имели доступ к коже. Никаких пуговиц, швов, лишних слоёв.
Просто функционально. Я бы почувствовала себя уязвимой, если бы у меня были силы чувствовать что-либо вообще.