Молчание. Офицеры переглядываются. Кто-то смотрит в пол.
— Это не военный вопрос, — сухо говорит Хард.
— Это именно военный вопрос, — мягко, но непреклонно отвечает Вейран. — Лорд, я уважаю ваше нежелание обсуждать это в присутствии офицерского состава. Но факты не меняются оттого, что мы о них молчим. Наследник — это не роскошь. Это оружие. Такое же, как флот. Такое же, как границы. — Он делает паузу и чуть наклоняет голову. — И у меня есть конкретное предложение. Дочь Серрах. Арейна.
Несколько офицеров поднимают взгляды. Хард не двигается.
— Продолжай.
— Голубая кровь. Восемь поколений чистой родословной без единого генетического отклонения. Наши аналитики проверяли их линию ещё три цикла назад, правда, по другому поводу, но данные сохранились. — Вейран говорит ровно, почти скучно, как человек, который давно сделал все расчёты и теперь просто зачитывает результат. — Физиология Серрах заточена под выживание в экстремальных условиях. Их женщины вынашивают без осложнений, рожают без потерь. Это неслучайность — это тысячелетняя селекция. Гены Арейны выдержат слияние с кровью Зардака и дадут наследника, который унаследует лучшее от обоих домов. Сильного. Жизнеспособного. Законного.
Один из офицеров негромко добавляет:
— Союз с Серрах закроет не только восточный фланг. Дом Кейта дважды подумает, прежде чем продолжать переговоры с губернаторами, если узнает о таком альянсе.
— Вассалы Третьего кольца тоже успокоятся, — подхватывает другой. — Официальная помолвка — это уже сигнал. Подтверждение, что линия будет продолжена.
Хард стоит неподвижно. Его лицо, камень. Но я вижу, как медленно сжимаются его кулаки.
— Три попытки за последние два года, — продолжает Вейран, и теперь его голос звучит тише, только для Харда, но в гробовой тишине зала каждое слово разносится безжалостно громко. — Три женщины. Биологическая совместимость была проверена, протоколы соблюдены. Результата нет. Наши аналитики считают, что причина не в физиологии. Причина в методе. Лорд, лабораторные протоколы не работают. Принудительные циклы не работают. Тело — это не машина. Его нельзя заставить дать жизнь через страх и сопротивление.
Хард смотрит на него. Долго.
— Что ты предлагаешь?
Вейран улыбается.
— Естественный путь. Брак. Не политический союз на бумаге, а настоящий. Арейна Серрах воспитана понимать свой долг. Она не будет сопротивляться. Она знает, зачем существует её родословная. Её не нужно ломать, она уже готова. Тело само знает, что делать, если ему не мешают страх и сопротивление. Это единственное, что ещё не было опробовано, лорд. И это единственное, что может сработать. Естественное зачатие.